Гражданская война в Испании. 1936-1939 гг.

7 ноября советские танки и самолеты творили чудеса, стараясь достойно отпраздновать главный праздник СССР — годовщину Великого Октября. Т-26, как пожарная команда, появлялись на самых угрожаемых участках фронта, заменяя и пехоту и артиллерию. Танкисты не спали уже несколько дней. Иногда они в отчаянии спрашивали друг друга: «А воюет ли еще кто-нибудь кроме нас?». В этот день истребители Рычагова поднялись в небо, не дожидаясь сообщений о приближении вражеской авиации. Едва подошедшие к Мадриду «юнкерсы» увидели «курносых» (франкисты называли эти самолеты «кертисс», считая, что они производятся в СССР по американской лицензии), они сразу же повернули назад. Тогда две эскадрильи И-15 решили помочь наземным войскам и провели штурмовку надвигавшихся на Мадрид колонн марокканской конницы. Комбинированные действия танков, авиации (советские летчики отметили годовщину Октябрьской революции 100 боевыми вылетами) и пехоты сорвали планы мятежников по овладению Мадридом 7 ноября 1936 года. Франко так и не удалось испортить «главный праздник марксистов».

Не смогли мятежники проникнуть в город и через подземные коммуникации. Об их непроходимости позаботился «майор Ксанти», лично проинспектировавший наиболее уязвимые участки.

А 8 ноября у «красных» появились войска, ставшие своего рода ударными частями республиканцев на протяжении всей войны.

На следующий день после годовщины Октябрьской революции в России мадридцы увидели на улицах города странную воинскую часть. Хотя обмундирование шедших по Мадриду чеканным шагом людей было весьма пестрым, от бойцов милиции их отличала выправка и какая-то особая спокойная решимость на лицах. Сначала странные солдаты шли молча и некоторые прохожие подумали было, что в город уже вошли мятежники. И вдруг оркестр заиграл «Интернационал» и бойцы запели его на разных языках, одинаково непонятных испанцам. Вновь многие мадридцы ошиблись, думая, что к ним на помощь пришла, наконец-то, сама Красная Армия. Раздались крики: «Вива Русия!»

На самом же деле в тот мрачный серый день в Мадрид входили первые бойцы Интернациональных бригад — «волонтеры свободы», как их будут звать потом во всем мире.

Основную роль в формировании интербригад и вообще в оказании помощи Испании за пределами СССР играл Коммунистический Интернационал (КИ). До 1935 года он имел в основных странах мира, включая Испанию, так называемые делегации, оказывавшие на месте помощь компартиям и проводившие в жизнь единую генеральную линию мирового коммунистического движения. По решению VII Конгресса Коминтерна в 1935 году делегации были ликвидированы, чтобы освободить компартии от мелочной опеки. Однако по просьбе КПИ бывший глава делегации КИ в Испании (начиная с 1932 года) аргентинский коммунист итальянского происхождения Витторио Кодовилья (клички «Луис» и «Медина») был оставлен до лета 1937 года, когда его сменил член Президиума и секретарь Исполкома Коминтерна, генсек итальянской компартии Пальмиро Тольятти («Эрколи», «Альфред»). В августе 1936 года КИ дополнительно направил в Испанию венгерского коммуниста Эрне Герэ, также работавшего в 1932–1933 годах в составе делегации Коминтерна в Испании (был известен под псевдонимами «Педро» и «Зингер»). Наконец, в январе 1937 года в республику прибыл опытный работник аппарата Коминтерна болгарин Стоян Минев (Степанов), взявший в Испании боевой псевдоним «Морено» (т. е. «Смуглый»).

Советники подчинялись в оперативном отношении ЦК КПИ и информировали Москву о положении в республике. Надо сказать, что их доклады были весьма критическими, помогавшими не только Коминтерну, но и руководству СССР лучше ориентироваться в ситуации.

Коминтерн и его руководитель болгарский коммунист Георгий Димитров требовали от КПИ отказа от социалистических лозунгов. Подчеркивалось, что путь Испании к социализму долгий и не будет похож на советский. Движение к новому обществу должно в условиях войны развиваться путем укрепления парламентской республики, уважения мелкой и средней частной собственности. Испанскую республику Коминтерн характеризовал как антифашистское государство с участием во власти левой части буржуазии. И Димитров, и Тольятти решительно критиковали лозунги Ларго Кабальеро об установлении в Испании диктатуры пролетариата. Выдерживать линию Коминтерна в республиканской Испании было непросто, так как воодушевленные народные массы требовали немедленных и радикальных социальных преобразований. Анархисты и левые социалисты упрекали КПИ в «предательстве революции».

Но Коминтерн ставил перед компартией Испании только одну задачу — любой ценой выиграть войну, а для этого необходимо было объединить вокруг республики как можно больше социальных сил, как можно скорее создать регулярную армию и наладить военную промышленность. Компартию Испании ориентировали и на максимально тесный контакт с другими организациями Народного фронта, несмотря на существующие разногласия.

Летом и осенью 1936 года весь аппарат Коминтерна работал только на Испанию. Но теоретической помощи, сколь бы она ни была важна, явно не хватало.