Гражданская война в Испании. 1936-1939 гг.

Его назначение премьером было встречено многими с удивлением, так как в отличие от Кабальеро Негрин не сильно «светился» на массовых митингах. Сразу же заговорили о том, что это марионетка коммунистов, которые, мол, таким способом отплатили ему за отправку испанского золота в СССР. На самом деле Негрин как политик практического толка («технократ», как сказали бы сегодня) просто понимал всю разумность требований коммунистов о подчинении всех сторон жизни республики одной цели — выиграть войну. Именно поэтому, когда Асанья предложил ему возглавить кабинет, Негрин согласился лишь при одном условии: «быть стопроцентным председателем Совета министров». Он пришел, чтобы не представлять какую-то партию, а чтобы немедленно и энергично вывести республику из кризиса. Кстати в отношениях с советским послом и военными советниками из СССР Негрин практиковал не обращение «товарищ», а более формальное «сеньор председатель Совета министров».

Обиженный Ларго Кабальеро попытался поднять против нового кабинета ВСТ, но его собственный профсоюз отказал ему в поддержке. Анархисты, сначала шумно требовавшие оставить «товарища Ларго Кабальеро» на обоих постах — премьера и военного министра, — потом сочли более разумным поддержать правительство Негрина. Тем более, что коммунисты, добившись запрета ПОУМ и ареста 17 июня 1937 года ее лидера Нина (последний был, по всей видимости, тайно убит в тюрьме), подчеркнуто дружелюбно и лояльно вели себя по отношению к НКТ, хотя анархисты никак не меньше троцкистов были замешаны в барселонском кровопролитии.

Да, республика преодолела опаснейший внутриполитический кризис. Но цена его была велика. Мятежники получили передышку на основных фронтах и усилили начавшееся в апреле наступление на республиканский Север. Планировавшийся для помощи Северу в мае 1937 года контрудар республиканцев на Арагонском фронте оказался сорван из-за фактического мятежа его анархистских и поумовских частей. Но самым страшным последствием майского путча в далекой Испании стали события в СССР. Сталин, давно не доверявший некоторым военным, на примере Барселоны убедился, что призывы Троцкого к Красной Армии свергнуть предавшее идеалы революции правительство в Москве вполне могут быть и осуществлены. К тому же, почему это Тухачевский с несколькими дивизиями просился в Испанию? А тут еще через президента Чехословакии Бенеша ему переправили мастерски сфабрикованное гестапо и СД досье о связях популярного в РККА молодого маршала с германскими генералами. Но ведь и барселонские троцкисты, как сообщала разведка из Берлина, тоже были связаны с гитлеровскими спецслужбами. Все эти факты и гипотезы, помноженные на граничащее с паранойей недоверие Сталина, запустили кровавый маховик массовых репрессий против командного состава Красной Армии в конце мая 1937 года. Что, в свою очередь, аукнулось страшными поражениями черного лета 1941 года, поставившими Советский Союз на край пропасти.

Подытоживая анализ внутриполитического положения республики, можно констатировать, что политическая жизнь в республиканской Испании была столь бурной и многообразной, что казалось: речь идет об обычной стране, а не о воюющем за свое право на существование государстве. В конце концов, именно отсутствие сплоченности в тылу и погубило республиканцев.

В отличие от своих врагов по ту сторону фронта, Франко, с несвойственными испанскому национальному характеру холодностью и расчетом, не допускал в своем тылу ни малейшей политической активности, если она не была с ним заранее согласована. В «национальной» зоне с момента мятежа действовало военное положение и были запрещены все политические партии и профсоюзы. Карлисты и фалангисты действовали, скорее, как общественные движения помощи армии. Под страхом смерти были запрещены все забастовки. Цены и зарплаты были заморожены на уровне февраля 1936 года, выгодном для предпринимателей (кое-где, правда, и на уровне 18 июля 1936 года, что было более выгодно для рабочих). Лидеры всех профсоюзов были либо расстреляны, либо посажены в тюрьмы, либо бежали в республиканскую зону. Был создан вертикальный подконтрольный властям единый профсоюз — Рабочий национально-синдикалистский центр, не имевший никаких прав и обязанный мобилизовать своих членов на работу для фронта. Транспорт и все заводы военного назначения были поставлены под прямой контроль военных властей.

Предприниматели в массе своей сразу поддержали мятеж, проводя многочисленные акции сбора средств, одежды и продовольствия для фронта. Они быстро организовали свою собственную организацию — Национально-синдикалистский центр предпринимателей.

Так как мятежникам с самого начала достались малонаселенные сельскохозяйственные районы, снабжение населения не представляло труда. Однако после замораживания цен возник «черный рынок» и стали появляться трудности с некоторыми промышленными товарами, прежде всего текстилем (текстильная промышленность Испании была сосредоточена в Каталонии).