Гражданская война в Испании. 1936-1939 гг.

Правительство вновь попыталось завладеть инициативой на проверенном временем антирелигиозном фронте. 17 мая 1933 года был принят закон о религиозных конгрегациях, запрещавший уже с 1 октября 1933 года функционирование всех церковных образовательных учреждений, кроме начальных школ. Все храмы и церкви были объявлены национальным достоянием. В течение года со дня издания закона церковные организации должны были прекратить любую коммерческую деятельность. Была полностью прекращена урезанная ранее выплата государственных субсидий духовенству.

8 июня 1933 года ставший президентом республики Алкала Самора отклонил ряд кадровых перемещений в правительстве Асаньи и вызвал тем самым отставку кабинета. Формирование нового правительства было поручено социалистам (формально имевшим самую большую фракцию в кортесах; на деле Алкала Самора хотел дать почувствовать ИСРП ее полную изоляцию). В конце концов, новым премьером опять стал Асанья, сохранивший партийный состав своего кабинета. Но кризис усиливался. В 1933 году было зафиксировано 1127 стачек. Все чаще забастовки стали сопровождаться перестрелками боевиков анархистов и нарождавшегося фашистского движения (подробнее о нем в следующей главе).

4 сентября 1933 года состоялись выборы в конституционный суд — Трибунал конституционных гарантий. Правительственным партиям досталось 5 мест, правоцентристской оппозиции — 12. Причем в состав высшего суда республики от коллегии адвокатов вошел находившийся в эмиграции ярый монархист и «экономический гений» времен диктатуры Примо де Риверы Кальво Сотело (этот человек впоследствии станет своеобразным поводом к гражданской войне). Асанья подал в отставку.

Глава 5. «Черное двухлетие» и победа Народного фронта

(1933–1936 годы)

Новый премьер Испании, лидер радикальной партии Алехандро Леррус (1864–1949) был политиком XIX века, и вовсе не в силу своего возраста. Он самостоятельно пробивал себе дорогу в жизни и к началу XX века сделал имя как блестящий оратор, громивший на митингах церковь. Восторженные массы в его родной Каталонии бурно аплодировали призывам Лерруса жечь церкви и делать из монашек матерей. Но уже в то время многие понимали, что Леррус и его радикалы были ручной оппозицией монархии, тесно связанной с правящей элитой коррупционными связями. Когда звезда Альфонса XIII закатилась, Леррус вовремя связал себя с республикой и продолжал привычно бичевать церковь. В то же время его отличало трепетное отношение к армии, капралом в которой он некогда служил. Своим недюжинным политическим чутьем он учуял в армейской верхушке будущих сильных людей Испании. Было известно, что перед попыткой путча Санхурхо консультировался с Леррусом (это было еще одной причиной отказа Франко принять участие в мятеже).

Леррус и Асанья не любили друг друга. Некоторые историки считают, что если бы два этих человека договорились, то возникла бы стабильная центристская республика без ИСРП слева и монархистов справа; словом, Испания избежала бы гражданской войны. Но Асанья не мог заключить союз с партией, которая давно уже была радикальной только по названию, а на самом деле была готова пойти на все, чтобы получить побольше «хлебных мест» в административной системе государства. Неразборчивость в связях Лерруса была в Испании общеизвестной. Асанья был готов временно терпеть радикалов, но политически ему было с ними просто не по пути.

Весь 1932 год Леррус громогласно бичевал «социалистическую революцию», якобы проводимую министрами-социалистами в кабинете Асаньи, особенно досаждая Кабальеро. Вся эта обструкция радикалов базировалась на помощи крупных капиталистов, щедро спонсировавших партию. Леррус, однако, не хотел верить, что ему отводится лишь второстепенная роль — подготовить приход к власти «настоящих» правых сил и в конце концов вернуть в Испанию короля.