Греческий мир в доклассическую эпоху

Слово τύραννος, вероятно, финикийского происхождения (родственное древнееврейскому serari), насколько нам известно, было впервые употреблено поэтом Архилохом Паросским в отношении негреческого властелина — лидийского царя Ги-геса (ок. 685–657 гг. до н. э.; см. Приложение I)⁴⁸. Гигес, силой ниспровергнув существовавшее правление, сам единолично захватил власть: именно такого узурпатора обозначало в греческих землях понятие τύραννος. Ибо и в греческих полисах диктаторы обычно приходили к власти таким путем: каждый из них силой вмешивался в местную политику и единолично завладевал верховным могуществом.

Из всех наиболее важных греческих полисов лишь Спарте и Эгине удалось избежать диктаторского правления. Возможно, впервые подобные режимы появились в Ионии (под влиянием событий в соседней Лидии). Но данные касательно этого не вполне внятны, так что не исключено, что первый диктатор, напротив, объявился в Балканской Греции. Может быть, им оказался правитель Аргоса — города, сохранявшего главенство в Пелопоннесе на протяжении всего древнейшего периода греческой истории. Этого властителя звали Фидон. О времени его правления велось много споров; но воцарился он, как ныне достоверно установлено, не раньше 675 г. до н. э. (прежде нередко называлась чересчур ранняя дата). Однако он не совсем вписывается в привычное определение «тирана» или диктатора, так как, согласно Аристотелю, он «достиг тирании на основе царской власти»⁴⁹. Иными словами, он был не узурпатором из числа знати и не низкородным выскочкой, подобно другим, позднейшим, тиранам, но баси-левсом, или басилеем (βασιλεύς) — государем, унаследовавшим власть, — превысившим дозволенные законом полномочия.

Легче укладываются в данное определение такие тираны-диктаторы, как Кипсел Коринфский, Орфагор Сикионский, Поликрат Самосский, Фрасибул Милетский, Фаларид Акра-гантский и Гиппократ Геланский. Все они низвергли прежнее аристократическое правление и самовольно воцарились в этих городах, диктуя их гражданам собственные условия. Имея частично — или полностью — знатное происхождение, они по возможности привлекали на свою сторону инакомыслящих или обделенных привилегиями аристократов. Кроме того, они заручались поддержкой не совсем знатных, но достаточно богатых гоплитов (они уже существовали в ту пору, хотя тактика сражения в фаланге, возможно, еще не была окончательно разработана). Несомненно, многие из гоплитов полагали, что при сохранении старого аристократического правления отведенная им роль военного костяка государства не предоставит им той меры политического влияния, какой они заслуживают.

Как правило, диктаторы, побуждаемые честолюбием, заводили связи с иноземными государствами, вступали с ними в союзы и заключали междинастические браки, стремясь укрепить собственный флот (этот процесс достиг вершины при Поликрате), а тем самым и расширить торговлю. Купеческой деятельности благоприятствовала и активная чеканка монет — превращение бесформенных комочков металла в плоские кружки, обладавшие установленным весом и оттиснутым изображением — сперва только с одной стороны (в другую просто вдавливали грубую отметину), а позднее и с обеих сторон. Вначале монеты делались из электра (бледного золота), а затем из серебра⁵⁰.

Милет при Фрасибуле (ок. 600 г. до н. э.) — или незадолго до его пришествия к власти, — а вскоре и Эфес, Кизик, Ми-тилена и Фокея заимствовали из Лидии идею чеканки и принялись чеканить собственные монеты. Первенство в этом принадлежало именно лидийцам, хотя возможно, что они отчасти опирались на пример и систему весов Ассирии и Двуречья. Целью чеканки монет было облегчение выплат из царской казны (например, для содержания наемных войск, строительства кораблей и зданий), а также поступлений в казну (арендаторская плата, подати, пени). Греческие города, начиная выпускать собственные монеты, руководствовались сходными соображениями. Как уже упоминалось выше, изобретение оказалось незаменимым для обмена и торговли. Правда, в этой области помехой было отсутствие «мелких» монет. К тому же и в мерах царил разнобой: в каждом городе чеканка велась согласно собственным весовым стандартам. Это породило безнадежную путаницу в расчетах между городами. Однако со временем, в силу острой необходимости, во всем греческом мире остались две основные системы мер — эгинская и эвбейско-аттическая (основанные соответственно на месопотамских и сирийских мерах). В дальнейшем предпринимались попытки «примирения» и соотнесения между собой этих двух систем: появилось понятие мины — р\ю (1/60 таланта). Мина весила 425 г, что составляло 70 эгинских и 100 афинских (а также 150 коринфских) драхм. Тем не менее оставались бесчисленные местные сложности и несообразия, так что большинство монет, по крайней мере на первых порах, имели хождение лишь «дома».