Греческий мир в доклассическую эпоху

Властители, жившие в этих пышных дворцах-крепостях, вокруг которых лепились более скромные поселения, купались в роскоши. Об этом свидетельствуют тончайшей работы золотые издеоия, обнаруженные в царских гробницах, а также слоговая письменность («линейное письмо Б»), которым они пользовались для ведения хозяйственных записей, необходимых для управления обширными владениями^. Микенцы были не только неустрашимыми воинами, но и предприимчивыми моряками: они плавали и основывали торговые поселения по всему Восточному Средиземноморью, а также в гаванях многих городов на центральных и западных побережьях Средиземного моря. В Илиаде повествуется о том, что эти «ахейцы», как именовал их Гомер, также захватили Трою — крепость в северо-западной части Малой Азии, выходившую к Геллеспонту (Дарданеллам) (Глава V, раздел 1). Но происходило ли это на самом деле — достоверно мы сказать не можем.

В конце XIII века до н. э. начался закат этой цивилизации: ее погубила затяжная цепочка разрушительных передвижений народов. Во многом это было связано с падением Хеттской державы (Приложение 1, примечание 19), ибо, как нам известно, например, из древнеегипетских записей, она постепенно рушилась, сотрясая всю Эгеиду и ближневосточные земли. Часто остается неясно, что это были за народы; несомненно, их состав был крайне смешанным, и весь процесс представляется весьма сложным. Так или иначе, спустя два поколения микенская цивилизация была полностью уничтожена; вполне вероятно, ее гибель ускорили внутренние распри и раздоры. По-видимому, сначала исчезли дворцы и с их разветвленной чиновничьей системой, благодаря которой осуществлялся общий надзор за хозяйством.

Как показывает анализ растительной пыльцы, при таком стечении обстоятельств население переживало жестокий упадок, возвратившись к пастушескому образу жизни. Искусство письма было утрачено на несколько веков, в строительстве перестал использоваться камень. Греция превратилась в деревенскую страну, производившую убогую послемикенскую утварь (ок. 1100–1050 гг.), для которой характерны грубые, негибкие формы и нанесенные от руки узоры — круги и полукружья. Мрак, в котором пребывали эти «темные века», объясняется не только нашим неведением относительно того, что тогда происходило: история в действительности переживала в ту пору болезненный перелом⁴

.

Несмотря на множество сомнений и опровергающих друг друга теорий⁵, в целом можно согласиться с древним убеждением: смутное безвременье завершилось появлением в Пелопоннесе новой волны греков (или, по меньшей мере, предводителей царских или знатных родов и их спутников).

Эти греческие племена, известные как доряне, или дорийцы, проникли на запад Греции с севера, миновав пограничные области между Фессалией и Эпиром⁶. Более поздняя легенда гласила, что их возглавляли Гераклиды — потомки героя Геракла, и что их приход (ок. 1120 г. до н. э.) был «возвращением», так как сын Геракла Гилл будто бы уже являлся в Грецию (и умер там) в более раннее время⁷

, до Троянской войны.

Однако эти рассказы о том, что доряне будто бы уже раньше приходили вместе с Гиллом, — всего лишь домыслы, по-видимому, «задним числом» наделявшие пришельцев почетной древностью и возводившие их происхождение к самому Гераклу. К тому же позднейшая легенда была призвана оправдать захват дорянами, о которых не говорится ни слова в гомеровских преданиях, тех земель, которым принадлежало виднейшее место в этих преданиях и которые отождествлялись с владениями Агамемнона, внука Пелопса (Пелопа), давшего имя Пелопоннесу.

Из крупных городов, по-видимому, лишь Афины и Спарта успешно выдержали натиск дорян. Археологический комплекс Лефканди (Л ел ант) на Эвбее обнаружил удивительные свидетельства роскоши, относящиеся к мрачнейшим глубинам «темных веков» (Глава ГУ, раздел 1). Афины (Глава И, раздел 1) позже заявляли, что они не только выстояли, но и возглавили полчища переселенцев из других частей Греции, получивших имя ионийцев (в честь мифического героя Иона). Эти беглецы, спасавшиеся от дорян, переплыли Эгейское море и обосновались на западном побережье Малой Азии и на близлежащих островах. Эта область впоследствии стала называться Ионией. Другие греки, бежавшие в Малую Азию и на острова из Фессалии и Беотии, поселились в Эолиде, к северу от Ионии. Между тем дорийские завоеватели двинулись южнее. В большинстве прибрежных и островных районов Малой Азии происходило обширное этническое смешение пришельцев с туземцами. Поэтому памятуя к тому же о смешениях, сопутствовавших длительному периоду переселения, едва ли можно говорить о существовании единой греческой «расы».