Молчалин (ползает у ног ее)
Не подличайте, встаньте.Ответа не хочу, я знаю ваш ответ,Солжете… Шутил, и не сказал я ничего, окро́ме… Отстаньте, говорю, сейчас,Я криком разбужу всех в домеИ погублю себя и вас.Молчалин встает.Я с этих пор вас будто не знавала.Упреков, жалоб, слез моихНе смейте ожидать, не стоите вы их;Но чтобы в доме здесь заря вас не застала,Чтоб никогда об вас я больше не слыхала. Иначе расскажуВсю правду батюшке, с досады.Вы знаете, что я собой не дорожу.Подите. – Стойте, будьте рады,Что при свиданиях со мной в ночной тишиДержались более вы робости во нраве,Чем даже днем, и при людя́х, и въяве;В вас меньше дерзости, чем кривизны души.Сама довольна тем, что ночью всё узнала,Нет укоряющих свидетелей в глазах,Как давеча, когда я в обморок упала,Здесь Чацкий был… Чацкий (бросается между ими)
Ах! Ах!..Лиза свечку роняет с испугу; Молчалин скрывается к себе в комнату. Скорее в обморок, теперь оно в порядке,Важнее давишной причина есть тому,Вот наконец решение загадке!Вот я пожертвован кому!Не знаю, как в себе я бешенство умерил!Глядел, и видел, и не верил!А милый, для кого забытИ прежний друг, и женский страх и стыд, –За двери прячется, боится быть в ответе.Ах! как игру судьбы постичь?Людей с душой гонительница, бич! –Молчалины блаженствуют на свете! Не продолжайте, я виню себя кругом.Но кто бы думать мог, чтоб был он так коварен! Стук! шум! ах! боже мой! сюда бежит весь дом.Ваш батюшка вот будет благодарен. Чацкий, София, Лиза, Фамусов, толпа слуг со свечами.
Сюда! за мной! скорей! скорей!Свечей побольше, фонарей!Где домовые? Ба! знакомые всё лица!Дочь, Софья Павловна! страмница!Бесстыдница! где! с кем! Ни дать ни взять она,Как мать ее, покойница жена.Бывало, я с дражайшей половинойЧуть врознь – уж где-нибудь с мужчиной!Побойся бога, как? чем он тебя прельстил?Сама его безумным называла!Нет! глупость на меня и слепота напала!Всё это заговор, и в заговоре былОн сам, и гости все. За что я так наказан!.. Так этим вымыслом я вам еще обязан?