Григорий Распутин. Россия под гипнозом

Известный «распутинец» Борис Штюрмер до расстрела не доживёт: 20 августа 1917 года он скончается в тюремной больнице в Петропавловской крепости. Чуть позже, в декабре 1917-го, от рук неизвестных погибнет бывший председатель Совета министров Иван Горемыкин. Манасевич-Мануйлов, выйдя в 1917 году из тюрьмы, попытается выехать за границу по поддельным документам, но на советско-финской границе будет задержан и тут же расстрелян.

27 октября 1918 года в Москве будет расстрелян последний министр внутренних дел А. Д. Протопопов; в 1919-м – министр внутренних дел А. А. Макаров.

Все эти расстрелы явились, помимо прочего, жестоким ответом Советской власти на выстрелы Фанни Каплан. Сыны новой власти, как слуги обезумевшего от крови Молоха, пощады не знали…

Вот, например, Алексей Кабанов (тот самый, что в Ипатьевском особняке лично расстрелял подростка – цесаревича Алексея). В Вятке дослужился до зам. председателя ГубЧК, став по совместительству и членом Вятского Губревтрибунала.

«Из русских палачей [Царской семьи], – писал генерал Дитерихс, – известна фамилия только одного – Кабанов. Однажды Кабанов дежурил на посту внутренней площадки; проходивший мимо Государь Император, обладавший богатейшей памятью на лица, всмотревшись в Кабанова, остановился и сказал ему: «Я вас узнаю, вы служили в Моем Конном полку». Кабанов ответил утвердительно. Рассказывал об этом эпизоде сам Кабанов Якимову, откуда последний и знал его фамилию»[358].

Не особо разговорчивым был этот Кабанов, разве что под старость, когда стал клянчить у Советской власти особую пенсию «за спецзадания». Да ещё не любил вспоминать, как в подвале Ипатьевского дома, стреляя по женщинам и детям поверх голов других палачей, он, войдя в садистский раж, ранил в палец коменданта Юровского и задел в шею Медведева (Кудрина). Не хватило чуть-чуть – положил бы обоих…

Из воспоминаний Кабанова:

«Затрещал мотор грузовой машины, и присутствующие при этом товарищи, сначала не входя в комнату, где находились приговоренные, начали стрелять через проем открытой двустворной двери. Присутствующий здесь член, то есть чекист Михаил Медведев, с первого выстрела застрелил насмерть Николая II. В это время я также разрядил свой наган по осужденным…»[359]

А вот что узнаём из «Автобиографии» Медведева (Кудрина) в личном деле члена Всесоюзного Общества Старых Большевиков (ВОСБ):

«…Затем переведён в Уральскую Областную Чрезвычайную Комиссию, в которой работал сотрудником для поручений и следователем. Из Екатеринбурга, после отступления, вместе с Уральской Обл. ЧК эвакуировался в Вятку. …Был командирован для рассмотрения бесчинств Московского Продовольственного полка в город Уржум, где был… арестован, но вскоре бежал вместе с двумя коммунарами в Нолинск, а затем в Вятку»[360].

Так что все эти в крови по макушку «орёлики» со священниками особо не церемонились: вина последних была уже в том, что являлись они «пережитками старого мира». А потому никаких реальных обвинений святым отцам предъявлено не было.

Из Постановления Уральской областной ЧК от 19 сентября 1918 года:

«Рассмотрев дело Исидора (Колоколова) – епископа и иеромонаха Флавиана, Уральская областная чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией постановила епископа Исидора (Колоколова) и иеромонаха Флавиана, как монархистов и контрреволюционеров, расстрелять. Постановление привести в исполнение в первую очередь»[361].

20 сентября 1918 года епископ Исидор был расстрелян.