Гроссмейстеры Зазеркалья

Теперь представим себе, как будут развиваться события, если нам намекнут, что нас готовы принять в альянс. Мы подаем заявку. Нас держат в предбаннике годами, пудря нам мозги, и никогда – во всяком случае, в обозримой перспективе – не принимают в НАТО. Мы превращаемся в заложника собственного желания вступить в клуб, где нас никто не ждет и никто не хочет видеть. Наша внешняя политика нейтрализована: мы не сможем возражать против приема в НАТО ни одной страны, поскольку сами стоим в очереди.

Теперь – о том, почему нас не примут в НАТО. На то есть три главные причины. Причина первая. Вступление России в НАТО уничтожило бы альянс в его нынешнем виде, к чему не готовы ни американцы, ни европейцы. Прием России означал бы конец альянса как основного инструментам американского присутствия и влияния в Европе. Внутри НАТО образовался бы второй ядерный полюс – не равновеликий США, но достаточно весомый, чтобы поставить под вопрос американское лидерство в НАТО. Америка на это не пойдет никогда. Тем более это невозможно при нынешних настроениях новой администрации.

Вторая причина – прием России в НАТО распространил бы границы альянса до Китая. В этом НАТО совершенно не заинтересовано. Альянс не намерен ни защищать российскую территорию, ни вступать в непосредственный контакт с Китаем, поскольку это чревато рядом крупных военно-политических проблем.

Причина третья. Вступление России в НАТО не устроило бы основные европейские державы. Сегодня Германия, Франция, Великобритания выступают как европейские лидеры НАТО. Вступление России изменило бы эту ситуацию. Прием малых европейских стран в альянс не меняет логики принятия решений в НАТО. Вступление в него России взорвало бы эту логику.

2002 г.

Мы остаемся за пределами евроатлантической общности

Если что и показал год 2002-й, так это то, что Россия обречена оставаться самостоятельной величиной в политике. Какой величиной она будет – сильной или слабой, зависимой или независимой – это другой вопрос. Это будет зависеть от нашего президента, от наших политиков, от наших бизнесменов и от нас с вами.

Но после того как в сентябре 2001-го Владимир Путин сделал свой судьбоносный выбор в пользу сближения с Америкой и Западом, четко обозначились и возможности, и пределы этого сближения. Хотя мы полтора года рвемся в Европу, нам недавно четко дали понять – в Европейском Союзе нас видеть не хотят. Сначала нам на это ясно намекнули, ограничив наше передвижение в нашу же Калининградскую область через территорию Литвы. А затем председатель ЕС Романо Проди четко разъяснил в Брюсселе Владимиру Путину, что Россию в ЕС никогда не примут.

Впрочем, об этом можно было догадаться и без всякого ответа Проди. Недавнее расширение НАТО подтвердило: мы остаемся за пределами евроатлантической общности. Новый Совет Россия – НАТО слегка маскирует этот факт, но не отменяет его: для НАТО мы – важный, но внешний партнер, а не союзник. С союзниками, так как с нами, не поступают. Ведь не только Дания отказалась нам выдать Закаева, но и Европарламент в специальной резолюции поддержал такое решение. Таково мнение Европы – террористы это те, кто атакует Запад.

Вывод очевиден: сближение с США и с Европой нам необходимо, но не надо строить себе иллюзий по поводу его перспектив. Кроме того, сближение не должно быть односторонним. В любом союзе всегда есть всадник и есть лошадь, говорил Бисмарк. На Западе нам явно не готовы предоставить роль всадника. А лошадью нам быть, наверное, не пристало.

28. 12. 2002

В чем наш шанс?

В обществе продолжаются острые дискуссии о том, правильно ли мы строим наши отношения с США. У нас есть большие энтузиасты нашего бега навстречу американцам. Те же пока предпочитают бежать на месте. При этом нам все время говорят о каком-то историческом шансе. Как будто до 11 сентября у нас не было шанса бежать в сторону Америки, а теперь вдруг появился. Газета «Ведомости» накануне саммита в Шанхае сообщила, что у нас есть шанхайский шанс вступить в мировую цивилизацию. Теперь Шанхай позади. Объясните – мы в Шанхае уже вступили в мировую цивилизацию или нет? Или теперь у нас будет техасский шанс, и мы вступим в мировую цивилизацию прямо на техасском ранчо Джорджа Буша-младшего?

И чем измеряется участие в мировой цивилизации – степенью поддержки Соединенных Штатов, или чем-то другим? Вот Пакистан поддерживает Америку, но что-то не похоже, чтобы он был готов вступить в мировую цивилизацию, не похоже.

Впрочем, вот в чем наш шанс: если раньше нам просто разрешали поддерживать Америку, то теперь нам разрешают ее поддерживать самым горячим образом. А за это Америка нам обещает некие «новые стратегические рамки», которые, как радостно сообщает газета «Вашингтон пост», позволят США продвигаться вперед в создании системы противоракетной обороны. Америке-то позволят, а нам-то что с этих рамок? Ответа не слышно.