ГРУ против МИ-5 и ФБР. Скандал-63

— В том деле, если брать его последствия для национальной безопасности страны, было два главных действующих лица. Первым был ваш соотечественник Евгений Иванов, военный дипломат и разведчик, стремившийся получить интересовавшую его информацию о работе наших государственных структур. Вторым был доктор Стивен Уард, человек, симпатизировавший коммунистам и Советскому Союзу. Моя задача заключалась в том, чтобы определить, были ли упущения в работе с этими действующими лицами со стороны наших специальных служб — полиции, службы безопасности и разведки.

— И к какому же выводу вы пришли, милорд?

— Вывод, который я тогда сделал, всем известен. Я утверждал, что сотрудники наших секретных служб работали в соответствии со своими должностными обязанностями. И ущерб государственным интересам страны не был нанесён.

— Вы и сейчас остаётесь при том же мнении, милорд? — задал я свой главный вопрос.

Лорд Деннинг устало вздохнул и взглянул на меня. Наши взгляды встретились.

— Выключите ваш магнитофон, мистер Соколов, — попросил он, дав понять, что готов мне сказать нечто конфиденциальное.

Я остановил запись.

— Материалы моего расследования засекречены и находятся в спецхране правительства. О них я никогда не говорил. Эти материалы не подлежат разглашению. Если лет через двадцать вам удастся познакомиться с ними, вы, возможно, узнаете о том, что не попало в мой доклад и не было обнародовано. Кроме того, не все сведения, касающиеся дела Профьюмо, были для меня доступны летом 1963 года. Кое о чём весьма существенном я узнал лишь много позже, когда мой отчёт уже был написан.

— Эти новые сведения изменили вашу оценку? — спросил я в нетерпении.

Лорд Деннинг глотнул чаю, развёл руками и уверенным тоном человека, не боящегося признать допущенные ошибки, спокойно, с чувством собственного достоинства сказал:

«Видимо, я был не прав тогда, заявив в своём отчёте, что деятельность русских не угрожала безопасности Великобритании. Евгений Иванов смог добыть значительно больше информации и оказался куда более эффективным агентом, чем я предполагал. Ему и Уарду удалось перехитрить МИ-5…»

Это признание, поверьте, дорогого стоит. Жаль только, что прозвучало оно с глазу на глаз, да и с большим опозданием.

Иванов за рулем элитного «Роллс-Ройса» в Лондоне

Среди многочисленных документов моего архива, относящихся к делу Профьюмо, есть изрядно потрёпанный временем отчёт. Это первое издание доклада лорда Деннинга, вышедшее в форме приложения к воскресному выпуску лондонской «Санди телеграф» от 29 сентября 1963 года.

За годы, прошедшие с тех пор, этот доклад издавался не раз и стал бестселлером в Великобритании среди документов такого рода, принеся немалый доход «Книгоиздательскому офису Её Величества». Цена его за первые тридцать лет выросла многократно — с 7 шиллингов до 5 фунтов стерлингов.

— Мне надо было своевременно позаботиться о своих авторских правах на этот доклад, — заметил мне в ходе нашей беседы лорд Деннинг. — А так весь доход от продаж моего отчёта ушёл в королевскую казну.

Лорд Деннинг — человек ни в чём не нуждающийся и далеко не жадный. Поэтому не следует трактовать его высказывание как жалобу скупого аристократа. Это, скорее всего, была шутка бывшего верховного третейского судьи страны, который вряд ли мог ожидать в далёком 1963 году, что его скромный труд над правительственным заказом станет всемирно известным и будет переиздаваться не раз даже в следующем, двадцать первом столетии.

Хранящееся у меня издание доклада — это особый экземпляр. Он испещрён многочисленными пометками Евгения Иванова: линиями и значками, междометиями и восклицаниями. Кое-где на полях оставлены краткие письменные комментарии к мнению лорда Деннинга. На титульном листе доклада рядом с названием документа Иванов ручкой вывел: «55 тысяч слов».

Когда отставной военный разведчик подарил его мне, я спросил в недоумении:

— Зачем вы пересчитали количество слов в докладе, Евгений Михайлович?

— Надо же было узнать его содержание, — загадочно улыбаясь, заметил он в ответ.

Я пожал плечами. Иванов заметил моё замешательство и тут же пояснил, что имеет в виду.

— Кроме слов, дружище, в этом докладе ничего нет.

Наверное, Евгений Иванов был по-своему прав. В докладе лорда Деннинга есть многое: имеется четыре части и насчитывается двадцать семь глав, написаны заголовки для каждой из них, есть сноски и индексы. Короче говоря, есть пятьдесят пять тысяч слов, но нет необходимого содержания.

«Почему “гора родила мышь”? Разве Деннинг боялся сказать всю правду?» — возможно, спросите вы.

На этот вопрос есть простой ответ: Деннинг ничего не боялся, но правду сказать не мог. Таков был государственный заказ.