Грузия. Полная история страны

26 августа 2008 года Д. А. Медведев подписал указ о признании Россией независимости Абхазии и Южной Осетии. С соответствующей просьбой к России ранее обратились власти этих регионов, и их просьбу поддержали обе палаты российского парламента.

Что же касается сути, то, как пишет историк Н. Ю. Силаев, «прежние противоречия не были разрешены, зато возникло несколько новых. Вскоре после подписания и обнародования указа президента России о международно-правовом признании Абхазии и Южной Осетии, российские дипломаты стали говорить о состоявшемся урегулировании двух этнополитических конфликтов. Формально у такого мнения есть основания. Но только формально».

Почему формально? Да потому, что неразрешенной осталась проблема беженцев-грузин, покинувших свои дома в Южной Осетии, а также беженцев-осетин, которые не могут вернуться в республику, потому что их жилье разрушено и до сих пор не восстановлено.

Абхазия и Южная Осетия (в особенности последняя) рискуют повторить судьбу Северного Кипра, получившего международно-правовое признание со стороны Турции, но так и не преодолевшего внешнеполитическую изоляцию. Но как бы то ни было, такая судьба лучше этнической чистки, которая грозила бы абхазам и осетинам в случае возвращения под юрисдикцию Тбилиси.

Политолог С. М. Маркедонов отмечает, что республику Северный Кипр с 1983 года признала только Турция, а Косово в течение 17 лет было признано одной лишь Албанией, но тут важен прецедент. По его словам, «в 2008 году Россия завершила процесс своей трансформации и из медиатора и миротворца превратилась в патрона абхазского и югоосетинского самоопределения, а Грузия укрепила свой выбор в пользу североатлантической и европейской интеграции».

По мнению историка Н. Ю. Силаева, «в августе Грузия потерпела крах, сопоставимый с тем коллапсом государственности, что она пережила в первой половине 1990-х годов».

Грузия потеряла значительную части территории и показала явную недееспособность своего политического и военного руководства. Так называемый Грузинский путь, многим в регионе казавшийся образцовым, закончился тяжелым поражением.

Прошли годы, однако грузинская политическая элита вне зависимости от отношения к фигуре М. Н. Саакашвили в целом придерживается прежней риторики, декларируя прежние цели. Как отмечает историк Н. Ю. Силаев, «говоря образно, Южный Кавказ не только не выбрался из прежней колеи, но забуксовал в ней еще глубже». И тут важно понимать, что Абхазия и Южная Осетия оказались вне рамок грузинского политико-правового поля отнюдь не в 2008 году. Они существовали в качестве непризнанных образований с начала 1990-х гг.

Но в Тбилиси как считали раньше, так и считают сегодня: две частично признанные республики – это неотъемлемые части Грузии, а Москва – главный виновник «агрессивного сепаратизма». С точки зрения России ситуация иная. До 2008 года Москва, хотя и с оговорками, признавала территориальную целостность Грузии. Сегодня же в российской «Концепции внешней политики» уже говорится о «новых реалиях в Закавказье».

Через 14 лет после августовской войны 2008 года недостатка в аналитических комментариях по поводу тех событий не наблюдается, но при всем их немалом количестве основных сюжетов для дискуссий всего три. Первый – по-прежнему актуальная «проблема первого выстрела». Второй – обсуждение личной ответственности тогдашних лидеров России и Грузии. Третий – попытка рассмотрения «пятидневной войны» как пролога к присоединению Россией Крыма и конфликту на юго-востоке Украины.

На мой взгляд, сейчас уже пора перестать искать в сложном явлении одну лишь большую личную неприязнь Владимира Путина к Михаилу Саакашвили и наоборот, тем более что в 2013 году третий президент Грузии покинул свой пост, превратившись в политического эмигранта под угрозой уголовного преследования на родине.

СЕРГЕЙ МАРКЕДОНОВ,

российский историк и политолог

* * *

В 2008 году грузинский и российский лидеры не смогли договориться, и конфликт стал неизбежным.

По мнению организации «Human Rights Watch», защищающей права людей в 100 странах мира, как грузинские, так и российские (а также осетинские) вооруженные силы нарушали правила ведения войны в Южной Осетии в августе 2008 года, а также сразу после конфликта, что привело к множественным потерям среди гражданского населения, уничтожению имущества и вынужденному переселению мирного населения.