Воспоем Тамар-царицу, почитаемую свято… Мне приказано царицу славословить… Мастерство, язык и сердце мне нужны, чтоб петь о ней…
Казалось бы, все понятно: поэту приказали, и он восхваляет царицу. Но тот же Ф. Г. Курцвайль указывает на то, что «в ранней рукописи поэмы, переписанной при дворе мегрельского князя Левана II Дадиани и датируемой 1646 годом, строфы с упоминанием царицы Тамары не встречаются. Текст поэмы на протяжении трех столетий подвергался значительному изменению в руках переписчиков и продолжателей. Они добавляли новые строфы и главы, не имеющие никакого отношения к Руставели».
Вопреки всем предположениям значение поэмы и ее влияние на грузинскую культуру невозможно преуменьшить. Поэму Руставели несколько раз переводили на русский (первым переводчиком был К. Бальмонт), три раза на французский, а также на английский, немецкий, испанский, итальянский, венгерский, чешский, армянский и японский. Редко встречается такое проницательное, глубокое и яркое поэтическое видение мира, кажется, Вселенная почти готова исчезнуть в первобытном хаосе, но великое созидательное дыхание поэта преломляет хаос в четкую гармонию. <…> По содержанию поэма Руставели соответствует законам феодальной системы, кодексу рыцарской любви, верности сюзерену. Поэт ярко описывает мельчайшие движения человеческой души. Используя красочные образы, он вызывает искреннее восхищение своим мастерством.
По словам ученого, «на сегодня существует больше 150 образцов рукописей поэмы, которые датируются XVII–XVIII вв., а текста рукописи, датирующегося XII–XIII вв., просто не существует. Строфы с упоминанием царицы Тамары встречаются только в тексте позднейших рукописей поэмы».
И в самом деле, все доводы, которые относят дату создания «Витязя в тигровой шкуре» к эпохе царицы Тамар, и на которые ссылаются многие исследователи, были приведены в XIX–XX вв.