Гуситские войны (Великая крестьянская война XV века в Чехии)

Этим недовольством «сирот» поспешили воспользоваться враги из католического лагеря, а также чашники, всё более с ними смыкавшиеся. Реакционные силы полагали, что настал долгожданный момент. К тому же Прокоп [264] заболел, и враги откровенно говорили, что дни народного вождя сочтены. На просьбу больного Прокопа направить к нему врача пражане ответили, что охотнее прислали бы палача.

Тем не менее полевые армии таборитов и их вождь были всё же достаточно страшны для предателей. Слишком свежи были в памяти народа воспоминания о недавних победах славных «божьих воинов». Сейм, специально созванный в Праге в январе 1432 года для решения вопроса о переговорах с Базельским собором, долгое время не принимал никакого решения, дожидаясь представителей таборитов, хотя «сироты» и выступали в согласии с чашниками.

В январе 1432 года «сироты» вновь примирились с таборитами. Планы чашников были расстроены. Участие таборитов в сейме сказалось на его решениях. Была составлена особая комиссия, в которую вошёл выздоровевший к тому времени Прокоп Великий. Эта комиссия должна была уточнить условия участия чехов в совещаниях Базельского собора.

Желая укрепить свои внешнеполитические позиции, табориты решили совершить ещё один поход в глубокий тыл врага. На этот раз путь армий, предводительствуемых Прокопом, лежал на север. В апреле войска таборитов прошли Силезию и вплотную приблизились к резиденции Фридриха Бранденбургского — Берлину. Были заняты Альтландсберг и Штраусберг, находившиеся у самого города. Затем табориты двинулись ещё дальше на север и подошли к Ангермюнде, а в середине мая вернулись с победой в Прагу.

Эти успехи послужили предостережением для устроителей собора. Вскоре чехи получили приглашение приехать на собор. Теперь оставалось уладить некоторые процедурные вопросы. Местом переговоров был избран Хеб. Но, зная коварство врагов, табориты согласились явиться, туда, только получив заложников.

В мае 1432 года в Хеб съехались представители гуситов и католиков. Совещание в Хебе имело большое значение, так как здесь гуситы вырвали у католических верхов ряд серьёзных уступок.

Показательно, что на решения совещания оказали воздействие жители Хеба. Под их давлением представители собора, первоначально пытавшиеся затянуть обсуждение, [265] вынуждены были пойти на существенные уступки. Стойкую и последовательную позицию во время переговоров занимал Прокоп. Представляя в Хебе восставшую Чехию, он заставил всю феодальную Европу юридически признать гуситов. Условия соглашения предусматривали участие чехов в Базельском соборе, причём участники собора вынуждены были согласиться рассматривать их не как отпавших от церкви «еретиков», а как представителей, равных себе. Кроме того, чешские представители получили право выступать на соборе неограниченное количество раз, причём после надлежащей подготовки и без ограничения времени выступления.

Сразу же после возвращения из Хеба гуситы решили двинуться в Силезию, чтобы прекратить, наконец, постоянные нападения силезских князей и вроцлавского патрициата. Но, прежде чем отправиться в Силезию, они вступили в Моравию, чтобы освободить гарнизон укреплённого Градищенского монастыря, который был осаждён войсками австрийцев. Здесь Прокоп Великий узнал о том, что на обоз, доставлявший продовольствие и боеприпасы в осаждённую силезскими князьями Немчу, напали войска вроцлавских бюргеров. Уже через несколько дней чехи обрушились на не ожидавших нападения силезских феодалов. Затем военные действия были перенесены на территорию врага, и силезские князья и вроцлавский епископ поспешили заключить перемирие, уплатив чехам большой выкуп. Одновременно чехи подписали в Пабьяницах договор с польским королём Владиславом Ягайло, направленный против Немецкого ордена.

Большие успехи были достигнуты летом 1432 года и в Словакии, где отряд «сирот» под командой уроженца южной Чехии Блажко из Боротина занял одну из важных крепостей страны — Трнаву. Взятие города оказалось возможным лишь благодаря активной помощи городской бедноты. Крестьянское войско «сирот» помогло жителям соседних сёл вернуть их виноградники, захваченные трнавскими патрициями.