Гвардия Бога Войны

– Я не… – Он замолк и прокашлялся. – Мне потребуется время, чтобы привыкнуть к тому, что рассказал Венсит, господин избранник, – произнес он. – Однако, как мне кажется, тот факт, кто начал первым, значит гораздо меньше, чем все, что за этим последовало… и то, как мы поступим сейчас. – Он неожиданно улыбнулся. От такой улыбки могло бы скиснуть молоко, но это все же была улыбка. – Если я верил в возможность прекратить вражду между нашими народами, когда считал, что это ваши предки напали на наших без всякой причины, почему же я должен менять мнение теперь, когда знаю, что виноват мой народ? Но я думаю, что сотойцы, которые не слышали правды от самого Венсита, едва ли в это поверят. Более того, некоторые откажутся верить, потому что поверить означает расстаться с ненавистью, а ненависть составляет основу их жизни. И еще – боюсь, что рассказанное Венситом в любом случае не предлагает нам простого решения сегодняшней проблемы.

– Наверное, ты прав, – сказал Базел. – Но решение найти необходимо.

– Согласен. К сожалению, я вижу только один вариант, который устроит Сотойю.

– Какой? – поднял голову Базел. – И должен ли я заключить по твоему тону, что он скорее всего не устроит градани?

– Именно этого, – признался Теллиан, – я и опасаюсь.

– Что ж, говори, – нетерпеливо потребовал Базел, когда барон снова замолчал.

– Ладно, господин избранник. – Теллиан глубоко вздохнул. – Единственное, что от нас требуется, – покончить со всем прямо здесь и сейчас, чтобы не была развязана настоящая война. И единственный способ это сделать – капитуляция одной из сторон. А поскольку вас меньше двух сотен, а нас больше четырех тысяч…

Он смущенно пожал плечами, и Базел услышал, как заскрежетал зубами Хартан. Сам он молчал добрую минуту, а потом произнес подчеркнуто вежливо:

– Хочу убедиться, что правильно понял тебя, господин. Ты говоришь, единственный способ разрешить конфликт без битвы – сдаться. Сдаться нам, на кого напали без причины и предупреждения, сдаться, словно это мы начали войну?

– Да, конечно, это несправедливо, – согласился Теллиан. – Но это единственное решение, которое приходит мне в голову. Я должен покончить с этим либо победой с оружием в руках, либо формальным соглашением, не задевающим нашей чести. Если это мне не удастся, придворные, которые особенно ненавидят и боятся градани, могут вынудить короля Маркоса отдать мне приказ к наступлению. Но если вы сдадитесь, я смогу защищать вас как победитель, основываясь на пунктах соглашения. Тогда даже Эртан, правитель Южного Ристалища, не осмелится настаивать на своем.

– Так ты просишь дом Ордена Томанака сдаться, чтобы взять нас под защиту? – В голосе Базела прозвучали угрожающие ноты. – Позволь мне сказать тебе кое-что, Теллиан из Западного Ристалища! Орден не нуждается в твоей защите, да и я просто не могу представить, как отдам кому-то свой меч! Если это единственное решение, которое приходит тебе в голову, тогда собирай своих воинов и посмотрим, сколько их падет вместе с нами!

Теллиан крякнул, и вдруг, ко всеобщему изумлению, Хатан Рука-со-Щитом захохотал. Не издевательским или горьким, а настоящим радостным, идущим от души смехом. Все взгляды обратились к нему, а он, согнувшись в седле, хохотал все громче и громче. Он не сразу сумел совладать с собой, а потом, прошептав что-то на ухо своему скакуну, ловко спешился и подошел к Базелу. Он был гораздо ниже градани, и ему пришлось задрать голову, чтобы посмотреть Базелу в лицо.

– Что ж, Базел Бахнаксон, – произнес он голосом, в котором все еще угадывался смех, – если это единственное, чему ты не научился, я покажу тебе, как это делается! – Его товарищи глядели на него так, словно он внезапно сошел с ума, но он лишь улыбался. Хатан вынул из ножен свою саблю, взял ее за клинок и протянул гардой вперед Базелу. – Господин избранник, я передаю тебе оружие, не знавшее позора, и себя самого в качестве твоего пленника.

Ошеломленный Базел застыл на месте, и тут Теллиан расхохотался, так же весело, как до того смеялся Хатан.

– Ну конечно! – воскликнул барон. – Все, что мне нужно, – формальное соглашение, и неважно, кто кому сдается! – Он вынул из ножен свой меч. – Господин избранник, я сдаюсь вместе со своим войском!

– Послушайте! – Базел переводил взгляд с Хатана на Теллиана и обратно, постепенно осознавая, что битва не на жизнь, а на смерть, кажется, не состоится. – Послушайте же! – повторил он, и тогда Венсит тоже засмеялся.

– Не вижу проблемы, Базел, – проговорил маг между приступами смеха. – Как сказал Теллиан, не имеет значения, кто окажется побежденным. Подумай, как это возвысит Орден! Меньше восьмидесяти человек захватили в плен четыре тысячи лучших воинов Сотойи!

– Да подождите же вы, Фробус побери, одну минуту! – воззвал Базел. – Я привел Орден не для того… я хочу сказать, это не годится… Забери тебя Финдарк, Брандарк, ты прекратишь гоготать, пока я не свернул тебе шею?!

Но никто не обращал на него внимания, и наконец глаза его потеплели, и он тоже начал смеяться. Базел беспомощно покачал головой, а потом протянул обе руки Хатану и Теллиану.