И не пытайтесь! Древняя мудрость, современная наука и искусство спонтанности

Однако если принять во внимание мировоззрение древних китайцев, мы увидим иной, куда более удовлетворительный способ провести различие. Связь у-вэй и настоящего “потока” с благим Единым позволяет нам почувствовать себя, по словам Серафины, “легкими и счастливыми”, а не грязными и уставшими. Это Единое можно представить как систему ценностей – структуру, в которую мы помещаем себя и свои поступки и которая позволяет нам определять одни вещи как хорошие, другие – как плохие, и соответственно поступать. Многие на Западе пытались обосновать роль ценностей при помощи объективных фактов и рациональных рассуждений, однако ценности лежат вне сферы действия науки. Наука позволяет нам узнать, что есть, а не как должно быть: она имеет дело лишь с фактами. Это значит, что всякий раз, вынося ценностное суждение, мы выходим за рамки фактов. Мы чувствуем, например, что рабство – это неправильно, потому что в людях есть нечто, отличающее их от скота, хотя в биологическом смысле между Homo sapiens и Bos taurus (домашней коровой) различий почти нет. Ценностные суждения основываются исключительно на недоказуемых, но глубоких убеждениях. Более того, человек не может без них обходиться. Вообразите жизнь без представлений о добре и зле или без мотивации, основанной на этих представлениях!

Понимание роли ценностей в жизни человека, в свою очередь, является ключом к пониманию у-вэй. Я предполагаю, что отличительной чертой у-вэй служит поглощенность “я” чем-то большим. А это значит, что то, какими именно мы выйдем из состояния непринужденности и естественности – полными энергии или опустошенными, – зависит (по крайней мере отчасти) от наших ценностей. Как то, что мы только что делали, отражает наше понимание самих себя и того, что для нас важно? Например, если вы дорожите друзьями, то, скорее всего, закончите совместный вечер за выпивкой с ощущением, что хорошо провели время. Простое предчувствие ценности также может стать подспорьем в достижении у-вэй: то, что Пойнт-Рейес среди моих личных ценностей занимает особое место, делает меня восприимчивее к у-вэй во время прогулок там. Уже сами приготовления к такой прогулке погружают меня в состояние у-вэй, даже дорога приобретает особый смысл.

На протяжении большей части человеческой истории систему ценностей предлагала институционализированная религия, и ее в той или иной степени принимали большие группы людей. Для древнекитайских мыслителей, например, такую систему представлял комплекс верований в Небо и его Путь. Для наших религиозных современников имеющее ценностный характер Единое очень похоже на Путь у древних китайцев: это упорядоченная метафизическая структура (божий промысел, исправление кармы и так далее), обслуживаемая жречеством и подкрепленная корпусом текстов, которые придают смысл деятельности, направленной на служение высшему благу. Такие системы обычно включают представление о “сакральности”, наделенности особым смыслом определенных мест, предметов и поступков. Другой важной чертой традиционных религий является то, что они стремятся к подробной регламентации поведения своих адептов. Разработано множество ритуалов, которые нужно исполнять с определенной периодичностью, а также конкретные указания, что можно, а что нельзя есть, носить и трогать. Предусмотрено также множество вариантов коллективной деятельности. Это делает контакт с сакральным (обычно в компании людей со сходным мировоззрением) довольно надежным способом вхождения в состояние у-вэй. Более того, возможно, именно так у-вэй и ощущало большинство людей большую часть истории.

Мы, однако, живем в эпоху, когда ценности и обещания традиционных религий поставлены под сомнение. Многие теперь отрицают традиционные религиозные системы и считают себя атеистами или людьми “верующими, однако не религиозными”. Это не значит, что они научились жить вовсе без ценностей. Даже убежденные гуманисты выступают приверженцами некоей очень абстрактной метафизической системы, основанной на таких понятиях, как уважение человеческого достоинства, свобода, индивидуализм, равноправие, а также предпочтительная рациональность общественного устройства. С этой точки зрения гуманизм устроен так же, как и традиционная религия: он предлагает последователям систему ценностей, позволяющих отличать хорошее от дурного, а также наказывать или избегать тех, кто эти ценности не разделяет.