И не пытайтесь! Древняя мудрость, современная наука и искусство спонтанности

Другим распространенным представлением является следующее: быть рациональным требует большого труда – постоянной концентрации внимания и сознательных усилий. Традиционная метафора сознания правильно передает соотношение сил. По сравнению с передней цингулярной корой и латеральной префронтальной корой остальной мозг действительно во многом похож на табун мустангов или на могучий водный поток. Сознательная психика может направлять эту силу в определенном направлении или подавлять ее, но это отнимает время и требует много энергии. Сознательный контроль очень медленный и затратный. Эксперименты во множестве ситуаций показали, что человеку, преодолевающему свое чувственное мышление, требуется больше времени, чтобы среагировать, чем тому, кто просто следует спонтанной реакции. Вспомните ощущение “ хм…” и паузу, возникающую, когда вы должны прочитать “МАЛЕНЬКИЕ”, но произнести: “Большие”. Это ничтожное количество времени – мы говорим о секундах или долях секунды, но они играют важную роль в гонке на выживание. Организм, тратящий бесценные миллисекунды всякий раз, когда ему нужно принять решение, вскоре сойдет с дистанции.

Более того, эксперименты в социальной психологии показали, что ресурсы когнитивного контроля не бесконечны. Когда преподаватель стучит по столу^{73} клюющего носом студента и просит “внимания”, это не просто метафора: внимание дорого дается, и если его “потратить” на одно дело, меньше ресурсов останется на другие. Этот феномен известен как “истощение эго”^{74}. Расширяя когнитивный контроль в одной области (например предпочтя полезный редис шоколаду или подавив эмоциональную реакцию), вы отчасти лишаетесь возможности применить его в другой, например при решении сложной головоломки. Мораль? Усилие – это усилие, не важно, физическое или ментальное. Хотя активность мозга в любом случае требует затрат энергии, когнитивный контроль, преодолевающий автоматические импульсы, тратит ее особенно много.

Получается, перед нами фундаментальная проблема. Сознательный контроль необходим для цивилизованной жизни. Если бы люди не применяли его в больших масштабах, они не смогли бы жить в больших группах и работать сообща. Но этот контроль физиологически затратен, сильно ограничен по своей природе, его легко нарушить. Культурная информация свободно течет через нашу память и физическое пространство (знаки на бумаге, орудия труда), но способность использовать эту информацию ограничена рамками нашего небезграничного сознания.

Одной из сильных сторон конфуцианства (и той чертой, которая отличает эту школу от современной западной философии) является то, что в решении этой задачи он опирается на у-вэй. Как и в случае с дикими животными и потоками, ответ кроется в обуздании^{75}. Возничий у Платона всегда должен тянуть вожжи, чтобы удержать лошадей под контролем. Его задача была бы куда проще, если бы он смог усмирить диких лошадей. Одним из лучших помощников цивилизации является способность людей осознанно, в собственных интересах изменять поведение растений, животных и сил природы. Также сознательная психика может достичь новых желанных целей и интегрировать их в бессознательное, где они превратятся в привычки, не нуждающиеся в постоянном контроле. Затратное осознанное действие может стать у-вэй.

Что происходит, когда мы осваиваем новый двигательный навык^{76}, например управление автомобилем? Когда вам было шестнадцать и вы отправились на первый урок вождения, приходилось быть начеку, слушать команды инструктора, сидящего рядом, и думать, как крутить руль или нажимать на педали. Префронтальные участки, ответственные за сознательное внимание, особенно латеральная префронтальная кора, работали на полную мощность, поэтому вам нужно было защититься от любых раздражающих факторов вроде радио или разговоров. (В 80-х годах, когда я учился водить, пытаясь управиться с “Фордом-ЛТД” размером с небольшой танкер, мобильные телефоны еще не стали угрозой.) Если на этом этапе вы хотя бы на секунду ослабите внимание, то в любой момент можете утратить контроль над машиной.