Я — это важно. Как осознать свою ценность и перестать подстраиваться под других

Эми размышляет над своими старыми убеждениями и, к удивлению, замечает, как ее охватывает привычный гнев в адрес матери. Она вспоминает все звонки, ужины и поездки в машине, когда ее вынуждали решать проблемы Софии и Ноа. Эми представляет себя девочкой с хвостиками в кроссовках на липучках — даже тогда ей приходилось с серьезным видом выслушивать взрослые жалобы матери. Девушка вспоминает все часы, потраченные на обслуживание материнских эмоций, которые на самом деле мать могла — и должна была — потратить на заботу о ней.

Гнев на мать кажется Эми почти святотатством; она будто предает ее, когда злится. Но это важный признак эмоциональной сепарации, свидетельство, что Эми начинает понимать: ее отношения с матерью не удовлетворяли и не удовлетворяют ее потребности.

Эми размышляет: «Я всю жизнь верила, что отвечаю за отношения матери и Ноа, что я сама могу наладить их и только в разговорах со мной мать находит поддержку. Теперь придется поверить, что мать сама должна регулировать свои отношения с Ноа, что они должны сами заняться этим и, кроме меня, она может получить поддержку где-нибудь еще: например, поговорив с отцом или психотерапевтом».

Эми отмечает, что эти рассуждения кажутся ей очень странными и непривычными. Умом она понимает, что это правда, но в сердце все еще ощущает ответственность за материнские эмоции. «Должно быть, маме тяжело, что у нее такие сложные отношения с сыном, — думает она. — Я не хочу полностью лишать ее заботы и сочувствия».

Как и многим из нас, Эми придется понять разницу между сочувствием к эмоциям матери и эмоциональным обслуживанием. Только тогда она сможет установить границу.

Сочувствие и эмоциональное обслуживание: в чем разница?

Цель эмоциональных границ не в том, чтобы стать полностью безразличными к чужим чувствам. Сочувствие — вполне здоровое проявление; нормально испытывать грусть, когда дорогому человеку грустно, или переживать, когда близкие страдают. Более того, успех отношений зависит от этой эмпатии. Проблемы возникают, когда мы начинаем эмоционально обслуживать другого человека: воображаем, что его эмоции — наша ответственность. Тогда чужие чувства занимают главенствующее место в нашей жизни и затмевают собственные потребности. Мы чувствуем, что должны поддерживать окружающих, даже если это нарушает наши границы, и не участвуем в отношениях как независимый отдельный человек.

Проявляя сочувствие к окружающим, мы искренне заинтересованы в их благополучии. Мы можем эмпатично выслушать рассказ об их страданиях, предложить доброту и поддержку, если это не нарушает наши границы и есть на это ресурс. Мы рады помочь, но также понимаем, что каждый человек сам управляет своим эмоциональным опытом.

Формируя здоровые эмоциональные границы, в основе которых лежит сочувствие, а не чувство долга, мы учимся проявлять к людям доброту, любовь и поддержку, не ощущая, что должны как-то менять их эмоциональное состояние. Мы можем быть свидетелями чужих эмоций, не заражаясь ими; сами определять, какую поддержку и в какой мере можем предложить в трудные времена; спокойно переносить различия в эмоциональных состояниях двух людей в отношениях (сохранять спокойствие, если другой человек не спокоен); учитывать чужие эмоции, не позволяя им становиться определяющим фактором в принятии решений.