Читаем Я и сила красная (белая) полностью

Я не терпел ни божьего укладани наглости воров,ни хамства, ни отсутствия зарплатыи ни священников. Ну что ж.Я не терпел, как многие другиекогда шериф плюёт тебе на грудь,я мог и от шерифа в степи двинуть —уж там за мною точно не придут.Я не терпел и женщин-проститутоки их притворный смех,я не терпел разгульных пошлых шуток.Я не терпел почти что всех!Я мог уйти не оглянувшисьи на «Прощайте!» промолчать,я мог когда хотел вернутьсяи даже «Здрасьте!» не сказать.Я почти бог, и я свободен,я точно знаю как дышать,когда в твой мир никто не входит.И буду дальше так шагать..* * *Но однажды пришла какая то силаи меня под себя подвалила:я должен был сдать оружие,помыться, побриться – так нужно им.И на завод шагать строем,с начальством даже не спорить.Я терпел это долго:может год, может два.. а толку?Меня превратили в раба!Бежать? Но куда?Я всё вспоминал о рае.когда меня не хватали,когда я плевался в ответ.Нет больше счастия, нет!Но как то разя ушёл через лазв Канаду.Говорил сам себе «так надо!»и дошёл до самого севера,поселился у береганебольшого залива.Теперь с удочкой жду прилива,на спине ружьё-карабин.Я на воле и я один —жду, когда шторм пригонит ТЕРПЕНИЕ,которое скажет: «Без сопротивления,парень, мы тебя снова ДОСТАЛИ!»


Брось свои пистолеты (Америка, индейская девушка)

Брось свои пистолеты!От твоих арбалетовумирает последний медведь,ступивший на эту твердьна два миллиона лет раньше, чем ты.Хохочешь? Ну хохочи.Пистолеты всегда неправы.А тебе до человеческих правилне даст дожить новоземелец —от его пуль умирает последний индеец,тело которого не индевеет,а устремляется ввысь..Ты за него держись!И кровь деда в тебя перельется.Видишь, как он смеетсяразмахивая арбалетомв 2025 лето,когда ваших завоевателей —белолицых карателейвозненавидит весь мир!Ты пистолет свой держикак можно крепче,с ним тебе будет легче,с ним тебе будет надёжней!А медведь свои кости сложити даст тебе силу.Ведь нету тебя красивейв этом мире не вечном..Лишь твоя Душа, человечек!


Выбор – Темза (старая «добрая» Англия)

Выбор: «Всем иль никому?»– Я бы богу одному!«Бог на небе далеко.»– Тело потное липко.У дочки проституткивыбор – не до шутки!«В монахини или как мать?»– Платок иль моду догонятьв кружевах в таверне..а трапеза скупая в келье.Душой чиста, чело в грехе:– Вот Темза-мать, спрошу на дне.* * *В темных водах Темзы поймали мертвяка:девчонка молодая, золота серьга,одета в белый саван, ноги в кружевах.И бог по ней не плакал —нет слёз на детский прах.


Говорила мне берёзонька

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы