«Я, может быть, очень был бы рад умереть»

Служба только что закончилась в Соборе, и Епископ вышел из ризницы уже без золочёных облачений, только в сутане с римским воротничком, чтобы поприветствовать верующих, создавалось впечатление, что он снял разноцветные юбки, но всё ещё был одет в юбки. Он потрепал мои волосы и нарочито громко спросил:

– Как зовут эту красивую девочку?

Унижение и гнев, католический ребёнок преисполнен желанием пнуть Епископа прямо перед центральным алтарём Кафедрального собора, перед ангелами и святыми на своих наблюдательных пунктах капителей и барочных ниш.

В детстве у тебя были озорные длинные волосы, это правда. А ещё были кудри, отрицать нельзя.

Но я отомстил, отомстил Епископу, трусливо и подло; в третий раз жизнь свела нас лицом к лицу, о втором я тебе напомню. Всё началось, когда я тусовался с Матчей и Тининью, в общем, трое молодых перспективных одновременно пьяных юношей.

Во время ужина, после раздробленной эмоциональной жизни, Тининью признался в своей любви к своей «истинной страсти». И поэтому он был готов жениться прямо там, (даже без девушки, которая уже спала дома), после того как мы закончили нашу вылазку по барам («Офис», «UFO», «Убежище», «Лошадка», это я ещё могу вспомнить). Я и Матша сопроводили Тининью как две фрейлины, а он за всё заплатил.

Матша – парень большой, как лошадь, с костлявым черепом и щедрым сердцем, обратно пропорциональным грубости своих манер, когда он злится. Он пытался стать рок-музыкантом, но те, кто заправляют лейблами и радиостанциями в Лиссабоне, ни разу не ответили на присланные им демозаписи, вот он и не записал диск. Он не представлял себя в конкурсе гаражных рок-групп и не приспособился к распространению в Интернете.

Прошли годы, и однажды случилось то, о чём нельзя было и мечтать: Муниципалитет организовал Международный Джазовый Фестиваль в кинотеатре! Но по-настоящему, с качественным джазом и с профессионалами исполнителями, даже пригласили трио из Нью-Йорка: пианино, контрабас и барабаны, три чернокожих парня родом из Гарлема.

Зал был полон и пленён, только несколько дам, укутанных в одеяла, спали на плечах своих мужей. Это был старый огромный кинозал, парилка летом и морозильник зимой, ни кондиционера, ни отопления, как в нашей школе. Лампа проектора настолько слабая, что в самых тёмных сценах детективов не видно убийцу, спрятавшегося в переулке, а иногда даже самого блестящего дула пистолета. Актёр идёт по улице и внезапно падает замертво, ни он не узнал, как, ни мы!

Как раз там я посмотрел «Непрощённый» Клинта Иствуда и знаю, что он убивает шестерых бандитов и одного плохого шерифа в салуне в ненастную ночь после того, как вылакал литр бурбона. Он убивает их одного за другим, это незабываемая сцена, месть без прощения, воображаемый дикий запад и всё такое, но я знаю это, потому что прочитал всё в газете, мне удалось разглядеть только серебряную звезду шерифа, керосиновую лампу и черноту экрана.

Если его снесут, о чём так много говорится, тем лучше, но вернёмся к джазовому фестивалю: толстый пианист играл импровизацию «Perhaps» саксофониста Чарли Паркера, первоначально исполнив «Marmaduke», (что было любопытно для трио без саксофона, его руки перекатывались вверх и вниз по клавишам пианино), когда кто-то поднялся из партера и начал спотыкаться о ноги зрителей,

– разрешите пройти, секундочку, разрешите пройти, двигаясь к центральному проходу. Это был огромный силуэт, сзади он выглядел как гигантская карнавальная кукла в контрастном свете, а на сцене ударник выпучил глаза и застыл с барабанными палочками в руках, неужели это какой-то сумасшедший собирается напасть на них, тоже импровизируя. Но нет, это был Матшета, покидающий концерт, качая своей огромной головой, немного недовольный.

Позже:

– Почему ты ушёл, почему, тебе не понравился концерт?

– Мне не понравился? Мне не понравился!? Я ушёл из-за излишнего качества!

– Излишнего качества?

– Я не мог больше выносить эти руки… что они вытворяли на пианино, я был в шоке!

И тут же он объявил, что идёт домой, возьмёт все свои пластинки и диски и выбросит их в мусор! невозможно больше слушать музыку, которая у него дома, те запакованные звуки! услышав вживую концерт этих чернокожих нью-йоркских монстров! которые приехали в Алентежу и ворвались в его мир со своим излишним качеством! и он не сделал это только потому, что мы сунули три охлаждённые бутылки пива ему в руку (он может удержать и четыре).

У Матша чистое сердце, но будь осторожен, когда он злится, этот недоносок не задумывается сказать х*й вместо дубина, как ты знаешь, и как узнал бедный Епископ на следующий день, когда мы оказались у Арки на краю пропасти.

Тининью был полон радости от своих жизненных планов, в которые входило жениться на его «страсти», завести детей, жить в горах, пасти овец, кормить детей, есть жаркое из ягнёнка и, разумеется, в любой момент гулять с друзьями до утра. А, да, он также собирался выращивать кориандр – для свиных ножек и рыбы в чесноке.

Это был хороший жизненный план, и мы за него спели.