Я, редактор. Настольная книга для всех, кто работает в медиа

Есть целый класс тем, которые звучат любопытно, но совершенно не важны, то есть не стыкуются ни с чем, что серьёзно заботит ваших читателей. Некоторые черепахи умеют дышать задницей, альпинист залез на гору по отвесной стене без страховки, в Украине зарегистрировано больше политических партий, чем где-либо в Европе. Если у вас не узкоспециализированное издание, которому такие темы подходят по профилю, то непонятно, зачем читателю это знать. Он не сделается богаче или компетентнее в чём-либо, не станет более осознанно подходить к своей жизни – в общем, ничего не получит, кроме пары фактов, которыми можно поделиться с друзьями или нарисовать мемчик (в случае с черепахой).

Между тем журналистским медиа в XXI веке приходится ежедневно конкурировать с разным развлекательным и образовательным контентом. И лучший способ доказать свою необходимость – отбирать для публикации только важное, чтобы читатель не терял времени зря. И тут в дело вступает третий фактор – неожиданность. Это может быть неожиданная формулировка темы в виде вопроса или утверждения. Или взгляд на проблему с другой стороны. Или расследование, касающееся чего-то такого, о чём публика просто не знает. Когда-то мы не знали, что Илон Маск намерен собирать электромобиль, а у станции Шиес будет открыт полигон, куда предполагается возить мусорные отходы из Москвы.

Итак, если тема важна и любопытна – это круто, но здорово, чтобы угол взгляда на неё был неожиданный. Вот пример. «Белорусская Кремниевая долина находится под колпаком у КГБ, но это не мешает местным создавать глобальные стартапы. Как это работает?» В формулировке этой темы, которая воплотилась в очерке Дарьи Черкудиновой (опубликованном в 2014 году в онлайн-журнале Hopes & Fears, ныне покойном), соблюдены все три условия.

Статья Дарьи Черкудиновой «ДОЛИНА СТРОГОГО РЕЖИМА. ПОЧЕМУ СТАРТАПЫ ВЫБИРАЮТ АВТОРИТАРНУЮ БЕЛОРУССИЮ»

https://bit.ly/3xPgW0w

Любопытно: мало кто знал, что в Минске есть своё подобие американской Кремниевой долины, то есть территория, на которой сконцентрированы инновационные IT-стартапы. Неожиданно: всё это разудалое Пало-Альто на берегах реки Свислочь зарабатывает сотни миллионов долларов по всему миру – и при этом обнесено колючей проволокой, а к резидентам технопарка приставлен специальный офицер госбезопасности. Важно: могут ли в условиях авторитаризма, который, как мы теперь знаем, превратился в жёсткую полицейскую диктатуру, рождаться и реализовываться креативные проекты, могут ли независимые компании расти в неволе – уверенного ответа на этот вопрос до сих пор нет ни у экономистов, ни у политологов, а семь лет назад не было и подавно. А вопрос, как мы теперь убеждаемся, глядя на полыхающие по всему миру цифровые диктатуры и приход военных хунт к власти, очень горячий. Строя планы на частную жизнь, бизнес, образование и будущее детей, читатели станут учитывать ответы, данные в очерке.

Схожие примеры можно найти где угодно. Журналист Михаил Левин, поработавший в онлайн-издании о технологиях Apparat, русской версии Forbes, писавший для «Афиши», утомился от масштабных тем и получил грант на издание обычной, бумажной газеты одного московского дома. Его идеей было налаживание осознанных, сочувственных, основанных на взаимной поддержке отношений между людьми, которые живут в обычной московской многоэтажке и редко здороваются с соседями, то есть друг с другом. Но даже в этой стенгазете Левин применил те же подходы. Он разузнал всё, что хотели бы знать жители дома о районе: в нём есть закрытые институты, синагога, какие-то заброшенные территории, обнесённые высоким забором, – что там? Все эти вопросы он облёк в броские, внятные формулировки. Левину удалось заинтересовать домохозяев, правда, сплотить их по-настоящему не очень получилось, что, впрочем, отдельная тема для разговора.

Во время обсуждения темы – как, вообще-то, и всегда – редактору очень важно уметь слушать. Часто, будучи захваченным своей концепцией, редактор просто не понимает, какова идея автора, и отклоняет её первую формулировку, не задавая вопросов. Между тем часто бывает, что, произведя первое, предварительное исследование (рисёч), журналист наткнулся на поворот темы, который ему кажется любопытным, – но дальше ему не хватает того, что называют helicopter view, то есть способности взглянуть на предмет с разных сторон. Именно поэтому, посадив перед собой автора и попросив его рассказать, какая история вырисовывается и как ему хотелось бы её донести, необходимо превратиться в одно большое ухо. Скорее всего, придётся доразвить тему, которая, допустим, любопытна и неожиданна, но не отвечает критерию важности.