Я рисую ангелов

Офицер Тресс склонил голову набок, сверля коллегу пристальным взглядом. В его глазах было что-то, что не понравилось Говарду, но он решил на этом не концентрироваться: нужно сохранять разум кристально чистым, чтобы ни в коем случае не упустить мельчайшие детали, которые помогут следствию. Коллеги направились к резиденции. В просторном саду перед домом, выполненным из камня и украшенным старомодной лепниной, толпились люди. Кто-то в вечерних нарядах, кто-то в джинсах и растянутых свитерах. Говард не знал их в лицо, но Тресс шепотом подсказывал, когда в поле зрения оказывался кто-то особенно важный. Десятки имен и регалий никак не хотели умещаться в голове, и Говард взял обещание с Тресса, что тот ему снова расскажет, кто есть кто, в случае необходимости.

Вскоре они увидели хозяина дома в сопровождении мисс Рихтер, которая по случаю торжества выбрала скромное темно-синее платье, мягко облегающее фигуру. В доме играла скрипка. Сэм общался с гостями, знакомя их друг с другом и перемещаясь от группы к группе. В какой-то момент он подошел к полицейским в сопровождении красивой молодой женщины и мужчины средних лет. Мужчина был невысок, темноволос и темноглаз. Его лицо еще сохранило черты былой красоты, но в нем уже присутствовала отечность, которая рано или поздно настигает всякого, кто не прочь пропустить стаканчик вина или чего покрепче каждый вечер. Впрочем, на алкоголика он не тянул. Идеально отглаженный костюм, ухоженные брови, аккуратные ногти. Говард предположил, что отечность – это какая-то болезнь. Уж слишком его вид не вязался с образом того, кто ищет истину на дне бутылки.

– О, доблестные офицеры. Позвольте представить, это Кристианна, мой продюсер, агент, ассистент, душа моего скромного арт-бизнеса. Ее супруг, Алексон Магдер, директор Центрального дома художников. Там скоро откроется моя выставка. И кто знает, может, вы, Говард, или вы, Артур, узнаете себя на одной из картин. – Художник подмигнул им, довольный пассажем. – А это офицеры Артур Тресс и Говард Логан, полиция Треверберга. Господа расследуют это ужасное дело про Рафаэля и обратились ко мне как к эксперту.

– Эксперту в какой области? – с любезной вежливостью спросил Алексон.

Говард скользнул по нему взглядом. Этот мужчина не оставлял следов. Не оставлял впечатления. Типичный чиновник с больным сердцем. Или легкими. Или еще чем-то. А вот его жена приковывала к себе внимание мгновенно. Логан буквально почувствовал искру между нею и мистером Муном. Ну почему бы, собственно, и нет. Самуэль тот еще ловелас, Кристианна – красивая женщина. Их связь закономерна, и не нужно работать в полиции, чтобы это понять. Интересно, этот Алексон в курсе, что жена изменяет ему с боссом? Наверняка. Брак по расчету. Или нет?

– Как к художнику, конечно. Я не могу открыть больше деталей, чем вы прочтете в утренней газете, но этот псих точно псих. И настоящий художник, я таких чувствую. В кои-то веки полиции приходится работать не в стол.

– Это любопытное дело, – проговорил Тресс, пожимая руку сначала художнику, потом чиновнику. – Картины, попытка восстановить шедевры прошлого и приукрасить их. Демонстрация. Мы в самом начале расследования.

– Интересная версия, – кивнул Магдер. – А кто жертва? Я слышал, мальчик?

Мун побледнел.

– Да, совсем ребенок.

– Какой ужас, – вздохнула Кристианна, томно взмахнув ресницами.

– Мы делаем все что можем, – вежливо продолжил Тресс, внимательно отслеживая реакцию собеседников. – Но пока слишком мало информации. У нас есть только обрывки видеозаписи с поста охраны, но там ничего не разобрать.

Говарду хватило духа не показывать удивление. Тресс примешивал факты, проверяя, как его собеседники воспримут новую информацию. Были ли у него основания подозревать Сэма? Да. У художника нет убедительного алиби на момент убийства. Рисовал в мастерской, но никем и ничем это не подтверждалось. Но все изобразили лишь вежливое недоумение.

– Видеозапись, даже плохая, это лучше, чем ничего, офицер Тресс, – проворковала Кристианна. – Мы будем верить в то, что вы справитесь с этой загадкой. И не позволите ему снова убить.

– Вы думаете, что убийства повторятся? – с невинным видом спросил Артур.

– Конечно, – подтвердила Кристианна. – В нашем городе, если такое начинается, продолжается всегда и быстро. Желаю вам удачи. Алексон, дорогой, можно я отойду на пару минут? Нам с Сэмом нужно обсудить рабочие моменты.

Магдер кивнул и повернулся к офицерам.

– Ваша работа чрезвычайно трудна, – поделился он. – Я никогда не понимал, как можно расследовать подобные дела? Газеты не показывают нормальных фотографий, но и то, что они вырезают и помещают в полосу, – это кошмар.

– Или искусство, – вставил Логан.

Алексон сделал пару глотков шампанского и окинул стажера внимательным взглядом.

– Я работаю в галерее уже несколько лет. Честно? Такое вряд ли может считаться искусством. Это скорее антиискусство.