Я стираю свою тень 7

— Трой, он тебе сейчас расскажет самое интересное, о том, почему мы не можем улететь сразу. — Не удержался Апанасий, чтобы не предвосхитить мою просьбу.

— В смысле? — Трой вопросительно посмотрел на меня.

Я снова пересказал ему о циклах, о моави и о грядущей катастрофе.

— У нас осталось два дня. Надо перевезти туземцев в лес и помочь нашему земляку.

— Он обычный бандит. — Напомнил Трой.

— Да, так и есть, но он просто давно в этой среде. А когда появился я, он пошел против всех, не побоялся. Саня хороший человек. Я думаю склонить его к решению вернуться на Землю.

— Я ему уже сказал, что Айрис чуть ли черный платок себе купила, а он все равно рвется спасать туземцев и друга-бандита. — Произнес Апанасий с укором.

— Передай Камиле прямо сейчас, что я жив и здоров, передаю Айрис и детям пламенный привет и вернусь, как только закончу дела. — Умоляюще попросил я Апанасия. — Сделаем хорошее дело, нам в карму поставят плюсик.

Трой с Апанасием переглянулись.

— Чем дольше он живет с Айрис, тем сильнее становится на нее похожим. — Произнес Трой с чувством.

— Было бы удивительно, если бы мы не переняли черты друг друга. — Промолвил я, глядя с надеждой на друзей. — Я тоже ждал, что она прискачет, как было бы лет пять назад, однако нет, она выбрала семью.

— Она мудреет, а ты выживаешь из ума. — Посмеялся Апанасий.

— Ехидничайте сколько угодно, только помогите мне. Обещаю после этого устроить нам суперпикник с медведями, цыганами и сладкой ватой в любой из пяти локаций, подаренных нам Высшими.

— Нам? Да там уже, наверное, ценник висит, и твой батя на входе деньги собирает. — Усмехнулся Трой.

— Нет, он рыбные места ни за какие деньги не сдаст. К тому же он предупрежден о неразглашении. Хотя, это его никогда не останавливало. Ладно, я серьезно, готов компенсировать вам все неудобства, связанные с моим поиском и прочим.

— О чем ты говоришь, Гордей? Мы рады, что ты жив и временами здоров. — Трой посмотрел на мою голую ступню, на которой не хватало пальцев. — Собраться вместе, конечно, надо, хотя бы за тем, чтобы обсудить некоторые моменты, связанные с героической деятельностью. Мы должны были знать, куда ты направляешься, где тебя искать, чтобы не было этого ощущения неопределенности и мыслей, что ты бесследно сгинул.

— Ладно, соберемся, обсудим, решим, а пока полетели вниз, туда, откуда забрали меня. Я познакомлю вас с настоящими лешими, хозяевами черного леса. Он, кстати, зазеленеет с началом нового цикла.

— Надеюсь, мы не станем дожидаться этого замечательного события. — Трой направился к выходу. — Сутки на благотворительность и домой. Телеграфируй Апанасий нашим, чтобы не волновались.

— Хорошо. — Апанасий поднялся. — Выбирайся уже, дай обниму подлеца.

Я вылез из капсулы. Апанасий потискал меня в своих необъятных ручищах.

— Да уж, Гордей… — Не продолжив мысль, он покинул помещение.

У меня сложилось впечатление, что всю вину за ту ситуацию, в которой я оказался, свалили на меня. На Ольгу сердились, но отчитывали только меня. Я подошел к зеркальной поверхности и осмотрел себя. Как здорово, что опять выгляжу так, словно и не было этих перестрелок, шипов крикунов и прочего, подпортившего мою «шкурку». Если бы еще не отсутствие пальцев, то был бы как новый.

Рядом с капсулой лежали сложенные в стопку чистые вещи. Я оделся и вышел в коридор. Корабль ни с того, ни с сего сильно тряхнуло. В ногах появилась тяжесть, а внутренности словно провалились в таз, создавая иллюзию определенных позывов. Заморгал свет, и сработали аварийные сирены. На экране нейроинтерфейса пробежал ряд значков, предупреждающих о возможных неисправностях судна. Через несколько секунд свет перестал моргать, заткнулась сирена и исчезли значки. Мои внутренности сразу вернулись на свое место. Апанасий с Троем сидели в капитанской рубке и рассматривали на экране какие-то показатели.

— Опять гравитационный всплеск? — Я был уверен в этом.

— Да. Прибор зафиксировал всплеск чуть сильнее и продолжительнее прежнего. Напоминает начало схваток у женщины. — Поделился своими познаниями Апанасий.

— Скоро отойдут воды. Надо спешить. Трой, ты у нас человек инженерного склада ума, можешь вывести зависимость всплесков, чтобы они не застали нас в воздухе? — Попросил я.

— На основании двух событий прогноз будет слишком примерным. — Предупредил он. — Только следующий всплеск покажет, есть такая зависимость или они генерируются случайным образом.

— Значит, нам надо скорее садиться, пока не тряхнуло. Шекспир, это такой умный туземец, говорящий на космолингве, сказал, что во время катастрофы корабли летать не смогут.

Трой и Апанасий посмотрели на меня критически. Они не прониклись идеей спасения моави и оружейников. Мне повезло узнать их ближе, и потому я не мог поступить иначе. При соблюдении осторожности мы ничем не рисковали.

Корабль начал снижение. Снаружи доносился едва различимый гул, и ощущалась легкая вибрация. Кажется, аппарат, повидал уже много спусков и взлетов.

— Гордей, что значит, нас взяли на сопровождение? — Спросил Апанасий, глядя на экран, на котором пульсировал красный треугольник.