Я вам не Сталин… Я хуже! Часть первая: Перезагрузка системы

«Отлив» в унитаз, я напился из крана холодной (очень холодной!) воды…

Ой, как хорошо!

…И одел кальсоны на завязочках, чтоб прикрыв чресла. Практически такие же, в каких в армейке щеголял - но только из более качественного материала, разумеется.

Батист, если не ошибаюсь.

 

Возвращаюсь обратно в постель - ибо от выпитой воды реально «заштормило», но тут меня встречает гневный женский взгляд и знакомый вопрос:

- Иосиф! Как ты мог вчера так надраться?! Как простой деревенский мужик. Я такого от тебя не ожидала!

Изрядно опешив, я мямлю:

- А Вы артистка каких Больших и Малых театров будете, гражданка?

«Артистка» опешила не меньше меня: глаза по полтиннику – как у куклы Барби и ресницами хлопает…

«А ничё себе так бабца, - гляжу на её обнажившиеся «прелести» и облизываюсь, - да кто ж ты такая?».

 

Мысленно набираю в своём «поисковике»: «женщины Сталина» - читаю и меня бросает в жар…

И не стыдно такое писать?

Вы что? Со свечкой рядом стояли и под одеяло к нему заглядывали?

Сволочи!

Успокоившись, делаю поправку: «тридцатые-сороковые годы»… Ага, вот оно:

«Уже сама по себе дата рождения Вали Истоминой примечательна — на свет она появилась в день революции: 7 ноября 1917 года. В самой же Валентине не было ничего особенного. Симпатичная, но не красавица, на которую будут оборачиваться на улице. Не семи пядей во лбу, но и не дурочка. Обычная деревенская девчонка, которую из всех других выделяла разве что одна черта: неистребимый оптимизм и готовность заливаться смехом по любому поводу. Грустить Валя не любила и всегда предпочитала видеть в жизни только хорошее. Когда девушке исполнилось 18 лет, она перебралась в Москву и устроилась работать на фабрику. Там-то и ее заметил Николай Власик — начальник охраны Сталина. Он же и предложил ей «особенную работу», о которой можно было только мечтать: накрывать стол самому великому кормчему! Валя, конечно же, согласилась.

Говорят, в Зубалове юная Валентина появилась с узелком, в котором лежали тетрадки с конспектами, шерстяная шаль и открытка с портретом Иосифа Виссарионовича. Ничего удивительного в этом не было: Сталин был кумиром миллионов советских девушек. Издалека обожала его и Валя, а, узнав поближе, не изменила своего мнения. Девушка пришлась по душе всем: она была простой, веселой и жизнерадостной.

Вскоре в донесениях охранников начали появляться сообщения: «12 декабря в четыре часа утра Истомина вышла из спальни товарища Сталина и отправилась к себе». Или: «13 декабря Истомина в 5:30 вышла из спальни товарища Сталина и пошла на кухню».

А вот сам Сталин изменился, и в лучшую сторону. Все замечали — вождь повеселел, чаще бывал в хорошем расположении духа, улыбался и шутил. А еще вдруг перешел на хорошее французское белье, хотя раньше вообще не обращал внимания, что за исподнее у него под одеждой: есть — и ладно.