Якудза из другого мира. Том III

Я вспомнил! Вспомнил, что Изаму Такаги жил здесь когда-то с родителями. Вернее, сам я тут никогда не был, но Мизуки пробивала по своим каналам, где я живу.

Нас встречали хмурые взгляды чумазых людей. Детвора на улице не играла, а деловито спешила куда-то с замасленными сумками под мышкой. Даже собаки тут не виляли хвостом, а норовили поскорее убраться с пути, скалясь по дороге.

Здания навевали такую тоску, что хотелось уйти подальше. Уйти и не возвращаться сюда никогда.

Сибата уверенно вел меня к выходу с района. Молодые люди, курящие возле магазина с зарешеченной витриной, дернулись было к нам, но Сибата покачал в ответ головой и показал три пальца, сложенные в форме короны. Молодые люди сразу же потеряли к нам интерес.

— Всё схвачено? — поинтересовался я.

— Не всё, но многое, — хмыкнул Сибата.

— Скоро придем?

— Ещё немного осталось.

Вскоре он подошел к ржавой «Сузуки», которую, судя по виду, давно уже ждали на свалке, и постучал по капоту. Тут же с заднего сиденья поднялась всклокоченная голова. Высокий мужчина, тощий как жердь, вылез из машины и, кинув взгляд на меня и на Сибату, полез за руль.

— Садись и поехали, — коротко приказал Сибата.

Теперь он уже был мало похож на того человека, которого гоняли якудза из Тораноаши-кай. Теперь это был собранный и уверенный в себе мужчина.

Меня заинтересовала такая перемена и я полез на заднее сиденье.

— Трогай, Бурый, — сказал Сибата. — Гони домой.

— Как скажешь, Сибата-сан, — ответил водитель скрипучим, как поворот ключа в старом замке, голосом.

«Сузуки» прокашлялась и затарахтела. Она пернула черным выхлопом и резво прыгнула вперед. После этакого перфоманса автомобиль одумался и вспомнил, что он на самом деле должен ехать, а не скакать бешенным ослом. Мы двинулись по серой территории бедняцкого района.

Если бы не иероглифы на стенах и не узкие глаза идущих прохожих, то можно было бы запросто принять этот квартал за рабочий район российских городов, где люди не живут, а выживают. Те места, куда полиция без охраны не рискует соваться.

Понемногу унылый ландшафт сменялся на более деловой, поярче и побогаче. Токио — город контрастов. Такой резонанс я видел только в Индии, где дворцы запросто могут соседствовать с лачугами бедняков.

Сибата молчал, он смотрел в окно с переднего пассажирского сидения. Разговаривать через кресло было не очень удобно, поэтому я решил подождать и всё взвесить.

Откуда взялся этот черный фургон? Неужели бойцы господина Ицуми настолько тупы, что отъехали на пару кварталов и потом «совершенно случайно» обнаружили меня? Или же меня опять «вели»? Я пошарил по карманам, но ничего не нашел. Ничего похожего на «горошину», какая была в прошлый раз.

Тогда откуда эти утырки прознали про меня?

В голове витала одна мыслишка, но почему-то я не хотел рассматривать её как есть. Стоило мне только подумать в её направлении, как тут же мысли сворачивали на размышления о женских ножках и о том, что находится между ними.

О подлости господина Абэ, о тупости его наемников, о гибели солдат клана «Крылья ветра» мог думать спокойно, а вот о том, что Шакко могла каким-то образом быть причастной… Тут же перед глазами встала грудь госпожи Икада.

Как там поживает моя учительница физкультуры? Надо бы ей позвонить, может быть даже навестить больную. Вдруг у меня в штанах найдется что-то, что поможет ей выздороветь?

А что, видел же я как-то фильм про то, как мужик занялся сексом с почти слепой девушкой и силой хера вернул ей зрение. Вдруг и у меня получится?

— Вот мы и приехали. Спасибо, Бурый. Господин, оставьте телефон в этой помойке на колесах. Бурый ещё покатает его немного, перед тем как утопить в Токийском заливе.

— Чего? Мой телефон? — недоверчиво уставился я на Сибату.

— Да, господин, ваш телефон. Поверьте, так нужно. Не требуйте от меня объяснений, я расскажу всё чуть позже.

Для полного

Я с сожалением взглянул на свой телефон. Хорошо ещё, что все номера остались выписаны в записной книжке дома. Эту привычку сохранил ещё с прошлого мира, правда, там я записывал номера особым «книжным» шифром, который трудно разобрать без «ключа».

Сама суть шифра состоит в том, что вы берете любой текст из книги, где номера слов, начинающихся на определённую букву или координаты (строка, номер в строке) самих букв выступают в качестве шифра исходного сообщения. При этом одной исходной букве может соответствовать несколько символов.

Даже дедушка Ленин в своё время использовал этот шифр. Он старинный, как говно мамонта, но весьма надежный, ведь без ключа хрен догадаешься о смысле сообщения. Так что если мою книжицу найдут, то вряд ли смогут разобрать в потоках цифр номера телефонов. Так же я не боялся и за свою книжку в доме сэнсэя Норобу.

Телефон полетел на выцветшее сиденье, из ткани которого сиротливо выглядывала желтоватая губка. Что же, пока что побуду без связи. Надо и это отнести к возможному рассказу Сибаты. Вряд ли телефон будет просто так утоплен вместе с «Сузуки». Через секунду машина отправилась на свои финальные покатушки.