Отправляясь в Москву, японский премьер-министр Коидзуми обратил внимание соотечественников на то, что в японо-российских отношениях гораздо больше сфер сотрудничества, чем конфронтации. И это действительно так. В условиях осложнения ситуации на Корейском полуострове, войны на Ближнем Востоке в японских политических и деловых кругах все явственнее проявляются настроения в пользу расширения сотрудничества с Россией в области обеспечения безопасности, поставок российских энергоносителей и др. Раздаются голоса и в пользу «паузы» в переговорах о заключении мирного договора.
Это, похоже, обеспокоило тех японских политиков, для которых главным в отношениях с Россией является «дожимание» российского правительства по территориальному вопросу. 25 марта 2003 г. была учреждена так называемая Парламентская ассоциация за возвращение северных территорий, целью которой объявлено «скорейшее возвращение Россией Японии островов Итуруп, Кунашир, Хабомаи и Шикотан».
Новая провокационная затея части японских парламентариев заставила российское внешнеполитическое ведомство, в отличие от прошлых лет, занять принципиальную позицию. Российская сторона, заявили в МИД РФ, «считает этот шаг группы японских законодателей недружественным, контрпродуктивным и идущим вразрез с позитивными тенденциями, доминирующими в настоящее время в российско-японских отношениях».
Многолетнее требование Японии передачи ей южной части Курильских островов свидетельствует об отказе официального Токио признавать территориальные итоги Второй мировой войны, стремлении через подписание мирного договора добиться пересмотра этих итогов. Прошедшее с окончания войны время с очевидностью показало, что Япония видит в мирном договоре лишь средство удовлетворения своих территориальных претензий.
Нежелание японского правительства искать взаимоприемлемые развязки курильского узла, намеренная эскалация жесткости при выдвижении необоснованных требований к России, отказ учитывать позицию другой стороны дают основания полагать, что ситуация, когда состояние войны давно прекращено, но формального мирного договора нет, к сожалению, будет сохраняться еще неопределенно долго.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
С конца XIX — начала XX в. важной политической и стратегической целью японского государства становится устранение влияния России в Восточной Азии. Японо-китайская (1894—1895) и японо-русская (1904—1905) войны стали важными этапами на пути к достижению этой цели. Участие в Первой мировой войне также было продиктовано стремлением расширить проникновение Японии в Китай, утвердиться на отторгнутых от Германии дальневосточных территориях, добиться международного признания Японии в качестве великой державы.
Побудительным мотивом японской военной интервенции на российский Дальний Восток и Сибирь (1918—1922) было создание на обширных территориях восточной части России прояпонского режима для всемерного разграбления природных богатств и порабощения местного населения. В конечном счете предусматривалось включить российский Дальний Восток и Восточную Сибирь в качестве колоний в состав «Великой японской империи».
Несмотря на установление в 1925 г. между СССР и Японией дипломатических отношений, среди японских правящих кругов сохранялись устремления в результате новой войны отторгнуть в пользу Японии восточные районы Советского Союза. При этом захват Маньчжурии, а затем всего Китая рассматривался как необходимое условие для создания экономических, политических и военно-стратегических предпосылок успеха войны против СССР.
В 30-е годы советское руководство рассматривало Японию как государство, создававшее опасность начала крупномасштабной войны на советском Дальнем Востоке. Для недопущения такого развития событий советское правительство, с одной стороны, предпринимало активные дипломатические усилия для заключения между двумя странами договора о ненападении, а с другой — вынуждено было усиливать обороноспособность в восточных районах страны.
Главными факторами, не позволявшими японским правящим кругам начать в 30-е годы войну на севере, были усиление экономической и военной мощи Советского Союза и затянувшаяся война в Китае.
Японо-китайская война создавала для советского руководства противоречивую ситуацию. С одной стороны, перспектива овладения Японией всем Китаем, обретение его ресурсов могло подтолкнуть японские военные круги к последующему нападению на Советский Союз. С другой стороны, объективно Москве была выгодна вовлеченность Японии в длительную войну в Китае, ибо это сокращало ее возможности в войне с СССР. Учитывая эти факторы, советское правительство проводило политическую линию на то, чтобы, оказывая помощь Китаю в борьбе с японской агрессией, в то же время избегать прямого участия в военных действиях в Китае.