Читаем Языческий календарь. Миф, обряд, образ полностью

Более глубокие знания об организации магических точек годового круга в кельтской традиции дает изучение творчества посвященных бардов. Так, например, Грейвс в своей «Белой Богине» описывает полный магический годовой календарь — древний друидический календарь деревьев, связанный с циклами Богини (Луны) и представляющий 13–частный магический год. Известно, что священные деревья и связанная с ними магия были существенной частью ритуалов друидов, а культ Богини был основой магической традиции Британских островов.

Одно из преимуществ магического календаря связано с бытованием его в среде людей Знания — наиболее «книжной» части любого общества, и состоит в том, что календарь этот сохранился в некотором числе законченных памятников самого разного вида — от хрупких, подверженных порче и искажению записей на пергамене и бумаге до неподвластных стихиям каменных кругов. К тому же составляющие его элементы — основные временные точки, периоды, способы датировки — получили зафиксированные имена и связные описания. Как ни пострадала от времени, скажем, кельтская священная Традиция, содержание точек Бельтана и Лугнаса, Самайна и Имболка, связанные с ними предания и обычаи сохранены в целом ряде произведений, и описания эти не столь уж противоречивы между собою. В магических календарях мы видим несколько сильнейших точек, разделяющих замкнутое годовое Коло на несколько отрезков — как правило, равных, и сочетающихся вместе в некую уравновешенную понятийно–знаковую систему, для описания которой потребен значительный уровень абстракции.

Обращаясь же к народному календарю, мы получаем и гораздо большую разноголосицу в фиксациях, и совершенно иной способ организации священного времени. Народный календарь практически любого европейского народа оперирует большим количеством памятных точек — от трех до двадцати в каждом месяце, каждая из которых носит имя преставившегося в этот день христианского святого и зачастую — вместе с ним, а то и вместо него — совершенно языческое имя–прозвище: Громница на Руси, День Лопну- того в Исландии, Русальный Великдень на Украине и др. Далеко не во всех случаях сохраняется память о происхождении этого праздника, о связанных с ним деяниях божеств и древнейших героев, зато сохраняется связанная с этой датой практическая информация — что сеять в этот день, какого бедствия остерегаться, начинаются или кончаются в этот день морозы, дожди, сушь и тому подобное.

Если священный календарь магов обычно строен и математически упорядочен — сильные точки равномерно распределены по годовом у кругу, четко связаны с датами равноденствий и Солнцестояний, с фазой луны, с первыми числами месяца, то в календаре народном значимых точек гораздо больше, а кроме того, они не распределены упорядоченно по всему годовому кругу, а сосредоточены по нескольким праздничным циклам — рождественскому (приуроченному к зимнему Солнцестоянию), масленичному, великопостному, пасхальному, летнему или Троицкому, осеннему или урожайному, и некоторым более мелким. Практически в каждом календаре особыми празднествами и обрядами отмечаются: таяние снега (хоть и происходит в разное время, с разбросом по всей Европе в четыре месяца), первый приплод у скота, первый гром в небе, первая, вторая и т. д. полоса дождей, начало и окончание сбора урожая той или иной культуры, первый снег, ледостав на реках и так далее, и каждое событие в жизни природы сопровождается легендой все разнообразие которых невозможно воспроизвести, хотя подобная работа ведется не одно столетие. При этом в большем почтении оказываются дни, отмечающие фазы солнечного цикла — равноденствия и Солнцестояния, чем переменчивые, не связанные напрямую с солнечным счетом времени активные точки Луны. Возникает впечатление, что народному календарю вообще не свойственно понятие «сильной точки», а основной способ счета времен» связан с циклами сеяния — сбора — переработки — потребления продуктов земледелия, аналогичными периодами для скотоводов, рыболовов и др. При этом народный календарь оперирует не двенадцатью и даже не восемью частями года, а более крупными отрезками — временами года, коих может быть не обязательно четыре привычных. Напомним, что народный календарь западных кельтов знает всего два времени года — теплую половину, длящуюся от Бельтана до Самайна, когда скот пасется на открытых пастбищах, и половину холодную, открывающуюся праздником Самайна (Дня Всех Святых), когда с приближением холодов скот загоняется в хлева.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых загадок природы
100 знаменитых загадок природы

Казалось бы, наука достигла такого уровня развития, что может дать ответ на любой вопрос, и все то, что на протяжении веков мучило умы людей, сегодня кажется таким простым и понятным. И все же… Никакие ученые не смогут ответить, откуда и почему возникает феномен полтергейста, как появились странные рисунки в пустыне Наска, почему идут цветные дожди, что заставляет китов выбрасываться на берег, а миллионы леммингов мигрировать за тысячи километров… Можно строить предположения, выдвигать гипотезы, но однозначно ответить, почему это происходит, нельзя.В этой книге рассказывается о ста совершенно удивительных явлениях растительного, животного и подводного мира, о геологических и климатических загадках, о чудесах исцеления и космических катаклизмах, о необычных существах и чудовищах, призраках Северной Америки, тайнах сновидений и Бермудского треугольника, словом, о том, что вызывает изумление и не может быть объяснено с точки зрения науки.Похоже, несмотря на технический прогресс, человечество еще долго будет удивляться, ведь в мире так много непонятного.

Татьяна Васильевна Иовлева , Оксана Юрьевна Очкурова , Владимир Владимирович Сядро

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза