Читаем Языческий календарь. Миф, обряд, образ полностью

«Между славянскими племенами в древности еще появилось искусство земледелия и у Балтийских славян главным праздником был Святовидов, который совершался у них после жатвы. Этому божеству приносился в жертву пряник, и по количеству мёда в роге у кумира, заключали о сборе жатвы, урожае или неурожае».

Второе важнейшее действо заключалось в выпекании обрядового пирога из плодов нового урожая. Этот пирог, достигающий выше человеческого роста, вносили в храм, и жрец, скрываясь за ним, спрашивал у собравшихся в храме, видят ли они самого жреца. Если громада отвечала, что не видит, то это означало, что урожай, определенная доля которого пошла на пирог, в этом году велик и обилен. Завершалось действо торжественным пожеланием, чтобы в будущем году жрец обязательно был не виден из-за пирога — то есть, чтобы урожая хватило и богам, и людям.

Примечательно, что в более поздние времена подобное действо отмечено на Украине на Коляду. Там за пирогом прятался глава семьи или священник. Нам остается предположить, что Новый год, перейдя в Западной Европе с сентября на январь, перенес с собой и этот обычай, заключающий в себе красочное и сильное заклинание изобилия в будущем году. Современные родноверы, прекрасно осведомленные об истории этого обычая, применяют его исходя из собственных правил и настроений в общине: в одних общинах старейшины «прячутся за пирог» на праздник Урожая, в других — на Коляду.

Важной частью праздника является поминание воды, как стихии поминовения и трансформации. Песни, посвященные встрече Осенины у воды, являются значимой обрядовой частью праздника. В молитве–заклинании, произносимой у воды, говорится:

Матушка Осенина,Приди на нашу ниву,Избави от маеты,Всякую беду и лихо отведи,Наше житье–бытье освети!

Также одним из обрядов почитания урожая было воспроизведение всей судьбы хлеба—от пахоты и сева до жатвы и молотьбы. Известны песни как восточных, так и южных славян о хлебе, льне и т. п., который был посеян, выращен и собран за один день. По сходному принципу построены и народные игры, одна из которых, «Сеять мак», играется и весной, с первыми хороводами, и осенью. Весной игра даст «загад», заклинание–проекцию на урожай, выращивание которого только начинается, осенью — позволяет пережить все этапы добывания урожая и сделать новый загад, уже на будущий цикл.

Кельтская обрядность

Осснина в кельтских землях не представлена яркими и запоминающимися обрядами. Пик урожайного торжества в этом регионе приходится на Лугнасу, а особых обрядов, предназначенных для почтения Осеннего Солнца или отмечающих ожидаемое вскорости торжество Ночи над Днем, из прошедших времен до нас не дошло.

Для иллюстрации понимания в наши дни праздника Осеннего Равноденствия в рамках кельтской культуры мы приводим материал о празднике Мабон, обнаруженный при поиске в сети Интернет. Этот материал собран и подготовлен одной из современных групп кельтского возрождения, точнее указать авторов и адрес ссылки мы, к сожалению, затрудняемся. Наше внимание привлекло сочетание в этом материале «урожайной» и «солнечной» составляющих: видимо, даже представители течения Викка, влияние которого заметно в материале, иногда вспоминают, чей хлеб они едят.

«В кельтской магической традиции данная точка, в отличие от Самайна и Бельтана, стала праздноваться позже, что частично связано с интервенцией германской традиции. Колдуньи не отмечали этот шабаш, как и Остару, до скандинавского вторжения в Англию. В день Мабона многие колдуньи делают себе новые посохи и вырезают руны из древесины вяза — обычай, пришедший от друидов.

День осеннего равноденствия является вторым праздником урожая в традиции земной культуры.

Осеннее Равноденствие, или время сбора урожая, традиционно связываюсь с заготовлением дикорастущих или зеленых плодов, даров Матери–Земли. Это Равноденствие — второй из двух дней в году, когда день равен ночи в Колесе года.

Окончание сбора овощей, фруктов и оставшихся зерновых начал праздноваться еще до христианства. День равноденствия напоминает о приходе зимы, в этот период проводятся ритуалы симпатической магии, гарантирующие, что зимой хватит пищи: обряд состоит в том, что на празднике сначала демонстрировались, а потом съедались лучшие дары лета. Друиды по традиции забираются на вершину горы, чтобы провести побольше времени с летним солнцем, так как ночи становятся все длиннее.

Обычно в Мабон идут на природу, в лес, собирают семена и опавшие листья. Некоторые из них используют для украшения дома, другие сохраняют на будущее для травяной магии.

Пища на Мабон состоит из плодов второго урожая, таких как зерновые, фрукты, овощи и особенно кукуруза. Кукурузный хлеб — традиционная пища в это время, так же как и фасоль, сушеные кабачки.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых загадок природы
100 знаменитых загадок природы

Казалось бы, наука достигла такого уровня развития, что может дать ответ на любой вопрос, и все то, что на протяжении веков мучило умы людей, сегодня кажется таким простым и понятным. И все же… Никакие ученые не смогут ответить, откуда и почему возникает феномен полтергейста, как появились странные рисунки в пустыне Наска, почему идут цветные дожди, что заставляет китов выбрасываться на берег, а миллионы леммингов мигрировать за тысячи километров… Можно строить предположения, выдвигать гипотезы, но однозначно ответить, почему это происходит, нельзя.В этой книге рассказывается о ста совершенно удивительных явлениях растительного, животного и подводного мира, о геологических и климатических загадках, о чудесах исцеления и космических катаклизмах, о необычных существах и чудовищах, призраках Северной Америки, тайнах сновидений и Бермудского треугольника, словом, о том, что вызывает изумление и не может быть объяснено с точки зрения науки.Похоже, несмотря на технический прогресс, человечество еще долго будет удивляться, ведь в мире так много непонятного.

Татьяна Васильевна Иовлева , Оксана Юрьевна Очкурова , Владимир Владимирович Сядро

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза