Читаем Языческий календарь. Миф, обряд, образ полностью

…Яр, яр ЛютоборПо замрою с мороком да ой,да на поклон ко Чернобогу путь ведем,Идем–бредем, дары несем, да непростые,Цвет кровав, кровав цвет да огнен лист;От глаз сокрыт, где зелен папоротникВо долу да навь хранитДа ковш воды студеной,Не живой да Мертвой,Смертной, во силе крепкой;Прими, Чернобоже, дары!…По горам да по доламРезвой поступьюРазбежались духи — нежить беспутная,Заговоренная нечисть окрутнаяВо миру пирует пир — дак трясется мир.Как не встало, не взошлоКрасно солнышкоНад родимою сторонкой стародавнею,Да не вышел в чисто полюшко молодец,Не пускал в то небо стрелу каленую.… Во сыром бору найти сухо деревце,Да под корень подрубить,Оземь тронута,Заговоренный мосток — завязь всех дорогПоложить да ясну солнцу до миру путь.На высоком берегу разложить костер,Ярью солнечной живой запалить огонь,В чистом небе разбудить ветры буйные,В чистом поле встрепенутьБуйны травушки…

Колядные песни и приговоры

(из собрания общины «Коляда Вятичей»)

При закате Солнца на Корочун

Солнышко красное,Выступи, выгляни!Твои детки плачут,Пить–есть хотят!Солнышко, ведрышко! Выгляни в окошечко! Ждут тебя детки, ждут малолетки!Не пьют, не едят, все в окошечко глядят!

При кормлении Мороза кашей

Мороз! Красный нос!Вот тебе хлеб и овес!А к нам не ходи,Дом не студи,Жито не губи!Мороз! Ходи к нам кутью есть!Тут тебе сегодня веселиться,А весной не бывать — будем пугом погонять!

Слово на зачин

За горой высокою,За рекой широкою Леса стоят дремучие,Во тех лесах огни горят,Огни горят горючие —Гой, Коляда!Вокруг огней скамьи стоят,Скамьи стоят дубовые,На тех скамьях добры молодцы,Добры молодцы, красны девицы Поют песни–колядушки —Гой, Коляда!В средине их старик сидит,Он точит свой булатный нож,Кипят котлы кипучие,Возле котла козел стоит —Хотя козла зарезати! —Гой, Коляда!
Диалог с полазником

Ты кто будешь, гость дорогой? Какого ты прозвища–имени, из какого роду–племени?

Роду я старова, мать моя корова. (Под ветром я родился, в море омылся.) Росой омытый, ветром повитый. В доме у нас три брата да три сестры, да я — ни сестра ни брат, а из-за елки хват. Звали меня то сивым, то бурым, на полудне чуром, на полуночи туром, и котом–котишкой, и еловой шишкой, а как по вашим по лесам вас поискал–полазил, так прозвали полазником.

А из какой ты земли, из какой орды? Откуда ты идешь- шествуешь?

Иду я с горы высокой, из-за реки широкой, из-под древа стоячего, что выше облака ходячего. Шел я лесами темными, дорогами неторными. Не путем не бродом, а мышиным ходом. Перешел три каменных гряды да четыре потока воды, замочился до самой бороды.

А что ты несешь?Зерно да железо.А на что тебе зерно?Сеять жир да добро.А на что тебе железо?Топор ковать.А на что тебе топор?Древо в лесу рубить.А на что тебе древо?(и т. д., по следующей песне.)
Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых загадок природы
100 знаменитых загадок природы

Казалось бы, наука достигла такого уровня развития, что может дать ответ на любой вопрос, и все то, что на протяжении веков мучило умы людей, сегодня кажется таким простым и понятным. И все же… Никакие ученые не смогут ответить, откуда и почему возникает феномен полтергейста, как появились странные рисунки в пустыне Наска, почему идут цветные дожди, что заставляет китов выбрасываться на берег, а миллионы леммингов мигрировать за тысячи километров… Можно строить предположения, выдвигать гипотезы, но однозначно ответить, почему это происходит, нельзя.В этой книге рассказывается о ста совершенно удивительных явлениях растительного, животного и подводного мира, о геологических и климатических загадках, о чудесах исцеления и космических катаклизмах, о необычных существах и чудовищах, призраках Северной Америки, тайнах сновидений и Бермудского треугольника, словом, о том, что вызывает изумление и не может быть объяснено с точки зрения науки.Похоже, несмотря на технический прогресс, человечество еще долго будет удивляться, ведь в мире так много непонятного.

Татьяна Васильевна Иовлева , Оксана Юрьевна Очкурова , Владимир Владимирович Сядро

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Энциклопедии / Словари и Энциклопедии
Сталин против «выродков Арбата»
Сталин против «выродков Арбата»

«10 сталинских ударов» – так величали крупнейшие наступательные операции 1944 года, в которых Красная Армия окончательно сломала хребет Вермахту. Но эта сенсационная книга – о других сталинских ударах, проведенных на внутреннем фронте накануне войны: по троцкистской оппозиции и кулачеству, украинским нацистам, прибалтийским «лесным братьям» и среднеазиатским басмачам, по заговорщикам в Красной Армии и органах госбезопасности, по коррупционерам и взяточникам, вредителям и «пацифистам» на содержании у западных спецслужб. Не очисти Вождь страну перед войной от иуд и врагов народа – СССР вряд ли устоял бы в 1941 году. Не будь этих 10 сталинских ударов – не было бы и Великой Победы. Но самый главный, жизненно необходимый удар был нанесен по «детям Арбата» – а вернее сказать, выродкам партноменклатуры, зажравшимся и развращенным отпрыскам «ленинской гвардии», готовым продать Родину за жвачку, джинсы и кока-колу, как это случилось в проклятую «Перестройку». Не обезвредь их Сталин в 1937-м, не выбей он зубы этим щенкам-шакалам, ненавидящим Советскую власть, – «выродки Арбата» угробили бы СССР на полвека раньше!Новая книга ведущего историка спецслужб восстанавливает подлинную историю Большого Террора, раскрывая тайный смысл сталинских репрессий, воздавая должное очистительному 1937 году, ставшему спасением для России.

Александр Север

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза