Язык текущего момента. Понятие правильности

Каждый вид функционирования языка требует тщательного изучения всего таксона ненорм, в первую очередь семейства норм ограниченной сферы действия. Дело в том, что неизменное единство языка базово обеспечивается системообразующими уровнями фонетики и грамматики, их закрытым, технологическим характером, исчислимостью элементов и взаимосвязанных форм. Показательно в этом смысле растущее ныне небрежение к вариативности морфологии: оно отражает, конечно, неосознанную заботу о сохранении её целостности, неизменности при применении в любой сфере языка.

Многие теоретические наработки последних десятилетий очевидно, хотя и неосознанно, стимулированы поиском выхода из сложившегося положения. Тут и попытки разной интерпретации нормы, и изучение состава правильного языка. На память приходят исследования Г.Я. Солганика, посвящённые газетному языку, работы О.Д. Митрофановой, анализирующие язык науки, исследования устной научной речи, проведённые О.А. Лаптевой. Разочарование в теории функциональных стилей приводит к предложению некой векторной стилистики.

Правильность разных применений остающегося единым образованного русского языка обеспечивает открытые содержательно-семантические подсистемы лексики, стилистики, отчасти синтаксиса. Своеобразие ситуации фактически не исследовано, но, очевидно, такое исследование востребовано. Достаточно указать на дискуссию «Отечество и отчество», «Государственный язык необязательного использования» в связи с «отпиской из Федеральной антимонопольной службы» (Литературная газета. 2013. № 42; 2014. № 4), которая свелась лишь к частной проблеме использования иностранных слов при наличии сходных русских. Впрочем, это неосознанно, но симптоматично показывает, что специфику надо искать именно в лексике, а не в грамматике.

Чрезвычайно перспективно в этом плане описание государственного русского языка, успешно выполненное в Санкт-Петербургском государственном университете. Оно состоит из книг «Доктринальный и нормативно-правовой комментарий» (СПб., 2009) и «Нормы современного русского языка как государственного. Комплексный нормативный словарь современного русского языка» (СПб., 2007; расширенная версия со звуковым приложением: СПб., 2009, 2011). Обе части составляют базу для нормативно-правового применения Федерального закона «О государственном языке Российской Федерации».

Эпитет «государственный» в сочетании с языком оправдан явно новаторским шагом – специфическим пониманием языковой нормы в словаре. В отличие от жёсткого выбора одной предпочтительной единицы, здесь норма интерпретирована как фиксация эффективности использования набора языковых средств (вариативных, аналогических, параллельных) в зависимости от конкретного контекста или речевой ситуации. Пафос не в том, что можно или нельзя, а в том, как можно и для чего.

Такого рода сведения дополнительны по отношению к всеобще принятой языковой норме, но необходимы для успешного общения в судо– и делопроизводстве, в печатной периодике, радиовещании, на телевидении. Словарь высвечивает важную для государственного функционирования языка когнитивную составляющую слов и их сочетаний, которая не всегда значима в обиходе и не фиксируется обычными словарями. В этом смысле предлагаемый лексикографический ресурс, не имеющий аналогов ни у нас, ни за рубежом, нацелен формировать гражданскую идентичность и обеспечивать эффективную информативно-коммуникативную общность в государственной сфере общения.

Сложившуюся с формированием нации и существующую поныне в виде игр в интересах социума и в интересах языка нормализацию превратить в кодификацию – значит перевести её в ранг строгой науки и тем ознаменовать всесилие человека, способного заменить коня в его союзе со всадником более удобным и сильным средством передвижения. В эпоху глобализма и технического прогресса такое развитие поиска и установления правильного языка рисуется не столь уж фантастическим. Его качества и успех будут зависеть от разума и умений кодифицирующей институции, к созданию которой мы приближаемся.

Нормализации суждено замещаться кодификацией. И главным критерием станет не норма, нормализация, а знание иерархической специфики применений языка, степень рукотворности которого повысится на научной основе. Если первый критерий удовлетворял общество от периода формирования нации до нынешнего дня, то второй порождается культурой глобализма, прогрессом цивилизации, объединяющим «поумнением» человечества.