III рейх. Социализм Гитлера

«Благотворительная» лихорадка нацистов часто раздражала немцев; им не нравилось то, что огромные государственные средства тратятся на вооружение, а нацистская партийная организация на этом обогащается. Бедных эта помощь также не удовлетворяла: существовала даже шуточная расшифровка аббревиатуры ВХВ — «Wir hungern weiter» (продолжаем голодать дальше). Рождественские подарки, по свидетельству очевидцев, часто оказывались неуместными: в 1938 г. 11-летняя девочка получила грецкий орех, 6 лесных орехов, 6 крошечных кексов и пакет с грязными мужскими перчатками огромного размера[246]. Часто реакцией на активность функционеров ВХВ было демонстративное предпочтение немцами религиозной благотворительности, но позитивные впечатления от активности режима все-таки перевешивали.

В процессе деятельности ВХВ транспортировались огромные массы товаров — одежды, угля, дров, картофеля, крупы. В 1938 г. ВХВ скупила 53 % немецкого морского улова рыбы и обеспечила ее транспортировку во внутренние районы страны. На Рождество ВХВ обеспечивала каждого ребенка, родители которого не в состоянии были это сделать, рождественским подарком. Любопытно, что функционеры ВХВ предпочитали вещи, а не денежные пожертвования, так как визуальный эффект от огромной массы собранных вещей был гораздо сильнее. Для лучшей наглядности в пропагандистской брошюре (1938 г.) было указано, что из розданного ВХВ угольного брикета вокруг Германии можно было построить стену высотой в 9 метров[247]. Это должно было созлать истинное представление о масштабах активности ВХВ, а также о степени солидарности немцев. В 1938 г. каждый жертвователь в ведомости благотворительности рядом с суммой собственного вклада мог написать предполагаемую сумму общего сбора по всей гау. Если эта сумма совпадала с фактической, то счастливчик получал приз — фотоаппарат, пылесос или портрет фюрера. Призы предоставляли немецкие фирмы в интересах рекламы или под давлением активистов НСВ[248].

Нацистская благотворительность исключала помощь «расово чуждым элементам» (Fremdrassischen), лицам, находящимся в местах заключения, а также старым и беспомощным, предоставляя возможность оказывать такую помощь религиозной благотворительности. В этом смысле нацистская благотворительность резко отличалась от христианской благотворительности, для которой все люди от рождения были равны и в одинаковой степени нуждались в поддержке и помощи. По христианским правилам благотворительности, чем тяжелее была степень инвалидности, чем тяжелее был больной, тем в большей помощи он нуждался. Нищих полиция время от времени арестовывала и препровождала в концлагеря, ибо нацисты рассчитывали направить щедрость и сочувствие немцев на здоровые семьи соотечественников, испытывающие затруднения, а не на милостыни профессиональным нищим.

Несмотря на то, что «Зимнюю помощь» организовывала НСВ, в эту кампанию Хильгенфельдт подчинялся именно министру пропаганды Геббельсу, поскольку целью этой акции было продемонстрировать всему миру «социализм действия» (Sozialismus der Tat). Даже коммунисты, отказавшись от прежних убеждений, могли стать объектом благотворительности.

В войну помощь из средств НСВ предназначалась прежде всего эвакуированным, пострадавшим от бомбежек и детям (отправка их в летние мобилизационные или рекреационные лагеря из городов стала опасной вследствие непрерывных бомбежек). Часто НСВ оказывалась последней надеждой для людей, потерявших близких и имущество.

В заключение нужно констатировать, что утрата свободы с лихвой компенсировалась в Третьем Рейхе социальным равенством и благополучием (или перспективой таковых), к тому же для большинства немцев ликвидация социальной нужды значила несравненно больше, чем свобода. Можно сказать, что немецкий народ был опьянен идеалом национальной общности, социализмом, теоретики которого сами верили и старались убедить немцев, что на место векового немецкого разъединения и демократическо-партийного эгоизма встает верность и дисциплина единой нации, благополучие которой является основным предметом забот фюрера.

Влияние войны на уровень цен и доходов, на уровень снабжения, на рынок труда и условия труда по сравнению с Первой мировой войной было незначительным. Социальный мир был нерушим, и лишь наступление союзников разрушило внутренний порядок в Третьем Рейхе. В этой связи известная исследовательница социальной истории нацистской Германии Мария-Луиза Рекер указывала, что нацистская социальная политика до самого конца только укрепляла волю немцев к сопротивлению и консолидации во время войны[249].