III рейх. Социализм Гитлера

Кроме того, с середины декабря 1938 г. по середину апреля 1939 г. английское руководство получил не менее 20 донесений, предупреждавших о надвигающейся немецкой агрессии. Во многих донесениях утверждалось, что следующей целью Гитлера будет Западная, а не Восточная Европа, и в качестве одного из возможных вариантов назывался удар по Лондону. Заместитель министра иностранных дел А. Кадоган, который и после Мюнхена не отказался от идеи новой мирной конференции для исправления ошибок 1919 г., утверждал 26 февраля 1939 г.: «Намерения Гитлера вызывают у меня серьезные подозрения… По-моему, его самым большим желанием, будь это в его силах, является разгром Британской империи»[300].

Английский историк Д. Рейнолдс писал, что в конце мая 1940 г. британский кабинет обсуждал возможности мирных переговоров, и Галифакс, поддержанный Чемберленом, предложил выяснить условия Гитлера для сохранении независимости Великобритании, пусть ценой утери части империи. Черчилль, только что ставший премьером, сказал, что удовлетворительные условия мира немыслимы, пока страна силой оружия не докажет, что ее невозможно завоевать, то есть пока не выиграна битва за Британию. Галифакс вспоминал, что в принципе Черчилль не был против мирных переговоров: «если бы смогли выбраться из этой переделки, уступив Мальту, Гибралтар и некоторые африканские территории, он бы ухватился за это», «мир на условиях возвращения Германии ее колоний и ее господства в Центральной Европе приемлем, но его перспективы, — считал Черчилль, — маловероятны»[301]. Выражая возникшую у англичан уверенность, что после января 1939 г. Британия является для Германии целью номер один, Черчилль утверждал, что «если Франции Германия, скорее всего, предложит приличные условия мира, то нам этого ожидать не приходится… Требования, которые Германия предложит нам, будь на то ее воля, будут беспредельны». 12 июня 1940 г., когда французы выразили готовность капитулировать, Черчилль сказал одному из своих секретарей, что «не пройдет и трех месяцев, как нас с вами не будет в живых»[302]. Следует отметить, что на ненависть Черчилля Гитлер отвечал той же монетой: в пропагандистских инструкциях Геббельс, по приказу Гитлера, указывал, что немецкая пресса не должна быть агрессивной по отношению к английскому народу, а только по отношению к Черчиллю и «его клике»[303].

С другой стороны, с моральной точки зрения капитуляция Британии была немыслима до начала сражения и при наличии невредимых и готовых к бою ВМС и ВВС. Еще для успеха в этой войне требовались основания — рациональное объяснение необходимости продолжать сражаться. Таким основанием стало утвердившееся практически на пустом месте убеждение английского руководства, что германская экономика перенапряжена. 25 мая начальники штабов Великобритании заявили, что если блокада будет продолжаться, то к середине 1941 г. значительная часть заводов в Европе встанет из-за недостатка нефти, продуктов питания, сырья, — это был чистой воды вымысел.