Иисус. Человек, ставший богом

Почему он так много говорит о том, что его призыв может вызвать в семье конфликты? Потому что у него были проблемы с собственной семьей? Возможно. Похоже, родственники Иисуса неблагосклонно воспринимали его служение в Галилее. Они не понимали его поведения. В определенный момент его мать и братья пришли за ним, чтобы забрать к себе домой, поскольку думали, что он сумасшедший. Узнав о приходе родных, Иисус сказал, чтобы они подождали его вне дома, в котором он учил, а затем открыто заявил тем, кто сидел вокруг, внимательно слушая его речь, что они-то и есть его настоящая семья[681]. Вполне вероятно, в домах некоторых последователей Иисуса возникали конфликты, схожие с тем, который пережил он сам. Странная группа людей, возглавляемая Иисусом, не всегда находила понимание у своих родных: не были ли все они немного сумасшедшими?

Иисус знал, что в патриархальных семьях все беспрекословно подчинялись отцу. Отец был главным защитником чести семьи, хранителем рода, организатором труда. Все жили под его властью. Когда Иисус просит учеников оставить своих отцов, он требует от них нарушения первого сыновнего долга, состоящего в уважении, подчинении и полной покорности их авторитету. Действовать наперекор отцовской власти, оставляя его в доме одного, — это не только проявление глубокой неблагодарности, но и публичный позор, который никто не может допустить. Поэтому настоящий скандал должен был вызвать ответ Иисуса тому, кто просил у него разрешения «похоронить отца», прежде чем примкнуть к его движению: «Предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие»[682]. Похороны отца были самой главной и святой обязанностью сына: воздаяние траурных почестей, во главе которого стоял сын, являло собой торжественный момент, когда власть отца и его контроль над семьей переходили наследнику. Однако вполне вероятно, что тот человек спрашивает разрешения у Иисуса не на похороны только что умершего отца, что заняло бы всего нескольких дней. Скорее, речь идет о том, чтобы продолжить служить отцу до конца его дней. Покинуть дом, не исполнив этого священного долга, — разве это не покушение на честь и сохранность семьи? Иисус отвечает ему со всей ясностью: «На первом месте стоит замысел Божий. Не стремись сохранить «мир отца», эту авторитарную патриархальную семью, воспроизводящую себя для смерти. Иди проповедовать Царство Божье, эту новую семью, которую жаждет Бог для самых слабых и осиротевших. Оставь своих родителей и посвяти себя тем, у кого нет отца, который защитил бы их».

Призыв Иисуса не имеет ничего общего с ригоризмом, свойственным учителям Закона. Он не вдохновлен идеалом более аскетичного, чем у других, образа жизни. Он не намерен загружать жизнь своих последователей еще более суровыми законами и нормами. Он лишь призывает их разделить с ним его горячую любовь к Богу и быть полностью готовыми служить Его Царству. Он хочет зажечь в них огонь — тот самый, что пылает в его собственном сердце. Ради Царства Божьего Иисус готов на все, и той же страсти он жаждет от своих последователей. Есть слова, говорящие обо всем: «Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее»[683]. Этим парадоксальным заявлением, за которым, возможно, стоит известная мудрая мысль, Иисус призывает своих учеников жить так же, как он: если слепо держаться за собственную жизнь, то это может привести к ее потере; если щедро и смело рискнуть ею, это может ее спасти. Это так. Ученик, который цепляется за свою жизнь с ее стабильностью, целями и ожиданиями, может потерять самое главное: жизнь внутри замысла Божьего. Ученик, рискующий всем и фактически оставляющий свою прежнюю жизнь, обретет новую, войдя в Царство.