Иисус. Все мировые исследования

На этой стадии нам следует проявлять осторожность – воздерживаться от чересчур догматических суждений о жизни и смерти Учителя Праведности, а также от ярких сравнений или противопоставлений его фигуры – и фигуры Учителя христиан.

Некоторые свитки, как кажется, описывают скорее городское ессейство, чем аскетический быт Кумранского монастыря. Несомненно, между этими двумя ветвями движения должны были существовать значительные различия, и Иисус, конечно, был лучше знаком с ессеями городов и селений, чем с насельниками замкнутых монашеских общин, подобных Кумрану… На мой взгляд, эти свитки все более и более побуждают нас искать эсхатологический смысл дошедших до нас речений Иисуса: слова его становятся куда понятнее, когда мы рассматриваем их в свете скорого и неминуемого катаклизма, а также связанного с ним внутреннего конфликта в сердцах людей, который разгорался все сильнее по мере того, как это время приближалось[657].

Со временем взгляды Аллегро становились все радикальнее и резче. В 1956 году он заявил в программе Би-би-си, что обнаружил среди кумранских свитков текст, посвященный поклонению распятому Мессии, который, как верили кумраниты, явится вновь во славе. Аллегро имел в виду ст. 3:5–9 Пешер (Комментария) на Книгу пророка Наума, где особо упоминается распятие: по его словам, этот отрывок рассказывает нам, что «Разъяренный Лев», или Злой Священник, распял «искателей прямого пути» и Учителя Праведности, который должен теперь воскреснуть:

[ «Разъяренный Лев», то есть Яннай] явился в Кумран и арестовал вождя общины, загадочного «Учителя Праведности», а затем предал его наемникам на распятие… Когда иудейский царь удалился, [кумранские сектанты] взяли израненное тело Учителя и положили хранить его до Судного дня… Они верили, что Учитель воскреснет из мертвых и возглавит стадо своих верных (народ нового завета – так они себя именовали) на пути в новый, очищенный Иерусалим… Очевидно, что эта ессейская история полна удивительных совпадений с историей Иисуса Христа[658].

Для британского исследователя все это представляет собой распространенное среди иудеев I века суеверие, и история о смерти Иисуса, его воскресении и возвращении во славе – лишь другой пример такого суеверия. Такие сенсационные утверждения, вместе с заявлениями о том, будто в кумранских свитках можно найти им неопровержимые доказательства, подвигли нескольких других членов издательской группы[659] к решительным действиям. Они направили в лондонскую «Таймс» коллективное письмо, в котором отрицали какую-либо «прямую связь между предполагаемым распятием «учителя праведности» ессейской секты – и распятием Иисуса Христа»[660]. По словам этих видных специалистов, Аллегро «превратно понял тексты или же выстроил цепочку предположений, не подтверждаемую фактами»[661]. Аллегро пришел к мнению, что его преследуют за взгляды и что другие редакторы, христиане – особенно католики – препятствуют публикации некоторых свитков, поскольку в них содержится информация, опасная для традиционного христианства.