Император умрет завтра

В Россию время всесилия денег не придет никогда.Но политические негоцианты верят в свои иллюзии.Надо захватить власть и поторопить смену эпох. А для начала само понятие "Россия" сделать исторически и политически неоправданным. Чтобы вот так: была Россия - и не стало ее. И принялись, не отпустив грехи, распинать. Усердный Каганович и храм Христа Спасителя взорвал, чтобы очистить место для иного храма. Никого не остановило, что величественный собор был сооружен в память героев Отечественной войны 1812 года. И монумент Багратиону на Бородинском поле разрушили. Склеп взорван и разграблен.Исчезли все реликвии - награды, боевая шпага.Останки великого сына грузинского народа выброшены из гроба и растоптаны.

Кто это сделал? Наркомпрос. Кто распорядился конкретно? Некий Зенькович, заведующий музейным отделом Наркомпроса. Дальше спрашивать бесполезно. Лозунг у них один: "Довольно хранить наследие прошлого!" Русская история и русский язык тоже стали наследием прошлого, и нарком просвещения Луначарский говорил об этом, не испытывая ни малейшей неловкости: "Пристрастие к русскому языку, к русской речи, к русской природе - это иррациональное пристрастие, с которым, быть может, не надо бороться, но которое отнюдь не нужно воспитывать".

Политические негоцианты не знают вечного эпиграфа революции: она пожирает своих детей. И тут не бывает счастливых исключений, потому что жаждут этого не боги, а народ. Он ничего не забывает и ничего никому не прощает. Пока торжествуют идеи сегодняшнего, зловеще меняется оценка вчерашнего.Когда вчерашнего кумира революционных толп выволакивали из квартиры, чтобы отправить в ссылку, трое или четверо его соратников истошно вопили: "Троцкого несут! Несут Троцкого!..". Дом промолчал. Улица сплюнула. Кажется, кто-то бросил камень в машину, куда его усадили. Разбилось стекло. Не было ненависти. Было презрение. Троцкий позже во всем обвинял Сталина. Понимал ли он сам, что презирает его Россия? Кое-кто из них все понимает. Нельзя отказать в обреченном остроумии Карлу Радеку: "Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин - из Политбюро". Эмиграция, правда, поняла все точнее и выразилась с предельной ясностью: "Революции затевают Троцкие, а платят по счетам Бронштейны".

Вот уже и Луначарский оплатил свою иррациональную ненависть к русскому языку и русской истории - вечная память наркому-клоуну!.. И Каменев с Зиновьевым бегают теперь с черного хода к богу Саваофу, а он их принимать не хочет - молились-то другому. Так, наверно, обстоят дела по ту сторону добра и зла.

А здесь Бухарчик еще хорохорится, хотя и похудел, оплешивел со страху и стал сильно похож на Ленина в Горках. Пишет Ворошилову: "Советую прочесть драмы французской революции: Ромена Роллана...". Климу эти драмы до одного места, но намек он уловил правильно: угрожает Бухарчик. Дескать, у них там не един Баррас. У них все - Баррасы. И все - Талейраны.А У Сталина - только Фуше. Зря они думают, что один.Тем более зря полагают, что это Ежов.

Товарищу Бухарину нравятся драмы Французской революции? Что-то раньше он о них не вспоминал.Но это неважно. Пусть товарищ Бухарин съездит в Париж со своей юной женой. Если, конечно, она уже достигла совершеннолетия, а то ведь проблемы у французов возникнут с визой. В Париже Бухарчик подробнее и красноречивее разъяснит, на что он скупо намекал Ворошилову, а мы тут сопоставим и дадим партийную оценку в свете торжества идей сегодняшнего.

Лаврентий отговаривал: не вернется Бухарчик.Сбежит. Куда? В Мексику?.. Ему свои же не позволят сбежать в самый канун кремлевского финала французской драмы. И предлог для поездки подыскали удобный, не вызывающий никаких подозрений - приобрести у меньшевика-эмигранта Бориса Николаевского архивы социал-демократической партии Германии, разгромленной Гитлером. Тот знал, что не продаст, этот не догадывался, что не купит.А результат поездки - именно такой, какой и ожидался.

"Руководитель делегации Бухарин Н. И. имел в Париже тайную встречу с лидером меньшевиков Ф.Даном, в ходе которой были зафиксированы следующие его высказывания о ситуации в партии и роли Сталина: "Это маленький злобный человек, не человек, а дьявол", "Сталину, к сожалению, доверяет партия, он вроде как символ партии - вот почему мы все вынуждены лезть к нему в хайло...", "Изменений ждать нечего, пока будет Сталин...".