Империя Круппов. Нация и сталь

Уже в годы его юности, когда Фридрих жил в Штеркраде, в характере этого человека обнаружились черты постоянного беспокойства, заставлявшие его все время совершать поездки то в Эссен, то обратно в Штеркрад. Он все время стремился куда-то, нигде не находил себе покоя и не имел, казалось, перед собой твердой цели. В то же время Фридрих Крупп был человеком доверчивым, откровенным, хлебосольным, жил, как говорится, с открытой душой. Конечно, это не могло нравиться его сдержанной и рациональной бабушке, Елене Амалии. Она никак не могла понять, что происходит с её наследником. А дело объяснялось на удивление просто: внук и бабушка принадлежали совершенно разным эпохам. Фридриху Круппу выпала судьба жить в то неспокойное время, когда заниматься коммерцией и думать о презренной пользе было равносильно самоубийству.

Наступила эра романтизма. Какие безумные и дерзкие мечты возникали на этой почве – мечты о мировом единстве и о магической власти человеческой личности над всем миром! «Только та религия истинна, – писал философ Шеллинг, – которая открывается нам в камне и в сплетении мхов, в цветах и металлах, и во всех вещах, в воздухе и в свете, на всех высотах и во всех глубинах». Рассмотрение всей природы как единого организма, всех физических явлений как «категорий природы» на её пути к самопостижению было ведущей тенденцией эпохи немецкого романтизма, к которой и принадлежал молодой Фридрих Крупп. И при всем при том 20-летний владелец завода в Штеркраде находился в комическом положении: он полностью зависел от доброй воли своей строптивой бабушки.

Фигура Наполеона для всей эпохи романтизма играла огромную роль. Во многом загадочная личность этого человека буквально сводила с ума многих молодых людей того времени. Если вспомнить роман Л. Толстого «Война и мир», то Наполеоном почти в одно и то же время были увлечены и увалень Пьер Безухов, и аристократ князь Андрей. Дань этому повальному увлечению отдали и Пушкин, и Лермонтов, и Байрон, и Бетховен, и многие другие великие люди эпохи. Романтизм перестает быть только литературным фактом. Он становится прежде всего новой формой чувствования, новым способом переживания жизни. Человек, для которого весь мир, вся природа, божественны, для которого божественное является вместе с тем высшей целью, будет смотреть и действовать, желать и жить уже по-новому. И фигура Наполеона в этом романтическом мировоззрении эпохи играла немаловажную роль. Император воплощал собой образ того, как скрытые, внутренние духовные возможности личности способны подчинить себе весь мир, способны переделать этот мир по своему субъективному желанию.

В одном популярном издании изложили следующую версию жизни Фридриха Круппа. Скажем откровенно, в этой версии даже не было сделано попытки проанализировать исторического контекста эпохи. Крупп был представлен не иначе, как пошлым искателем кладов и сокровищ, желавший обогатиться любой ценой. Вот эта версия: «Фридрих истратил кучу денег на поиски кладов и не терял надежды стать самым богатым человеком в Германии. Вскоре он пришел к выводу, что ему лишь следует разгадать секрет, как можно выплавить закаленную сталь. В то время секретом производства владела только Англия и хранила его так же, как китайцы – секрет изготовления фарфора. Наполеон обещал любому, кто выведает тайну ненавистных англичан, большую сумму золотом и свое вечное покровительство. Фридрих обратился к помощи секретных агентов, но их усилия оказались напрасными. Однако неожиданно в поле зрения Фридриха попали два беглых британских офицера. Они сами появились в доме Круппа и заявили, что готовы выдать секрет. На следующий же день Фридрих объявил, что открывает первый завод по производству легированной стали. В пригороде Эссена закипела работа. В новое дело Фридрих вложил почти все, что имел, и залез в огромные долги – он не сомневался в успехе. Но радость длилась недолго: Крупп был дилетантом, а офицеры – профессиональными мошенниками. Формула, за которую им заплатили солидную сумму, оказалась списанной из школьного учебника химии.

Удар был сильным: ведь Фридрих доверял этим «уважаемым» людям и даже попросил их стать крестными отцами своего первенца. Фридрих впал в тяжелую депрессию: он запретил домашним произносить слово «сталь» и коротал время в тавернах. Чтобы расплатиться с долгами, неудавшийся стальной магнат продал все, вплоть до семейного особняка, и вскоре умер от сердечного приступа». В этом отрывке не только немало неточностей, например, офицеры были не англичанами, а прусскими немцами, и никаких агентов Крупп никогда не нанимал, но автор данной статьи даже не удосужился разобраться в причинах столь странного поведения.