Инфер 7

Как результат истории о призмации, трансформации, промежуточном итоге и реально крутых ублюдках начали распространяться по не столь уж и великой территории Форта как пожар в мертвом буше. Я помню то стремительное веселье… подгоняемый почти ураганным ветром верховой пожар мчался на высоте полутора от жидкой соленой грязи. Хочешь жить — ползи. Поднимешь голову — зажарит мозги к херам. Но только обрадованные тамошние беженцы решили воспользоваться этой тактикой, как ветер резко утих и пожар начал закручиваться в гигантский огненный смерч, быстро высушивая грязь, спускаясь по подсохшим стволам вниз и тянясь к уже запекшимся заживо трупам…

Я ожидал как раз этого — разойдясь как ветром по всему Форту, пылающие слухи начнутся закручиваться, превращаясь в воющий торнадо, чей рев проникнет в каждый еще способный думать мозг мутанта. Эта ночь для многих станет бессонной. И уже завтра с утра вполне можно рассчитывать на приток свежего фарша… Тут главное всего лишь чуть-чуть подтолкнуть рукоять слегка заклинившей мясорубки и вовремя подставить тазик…

Усевшись рядом со мной Хорхе выглядел усталым. Бросив почти безразличный взгляд на опять расстеленную поверх низкого стола карту исследованного Мутатерра, консильери крутнул крышку и вскрыл холодную бутылку пива. Секунд десять он глядел на весело поползшие к горлышку пузырьки и лишь затем сделал первые два огромные глотка.

— День был тяжелым, команданте — признался Хорхе, даже не пытаясь сделать вид, что ему все нипочем.

— Успел все сделать? Куда там! Посплю пару часов и снова в дело…

— Я про твои беседы с жителями верхних этажей Форта…

— А… да, лид. Беседы успешны.

— Рассказывай — кивнул я, медленно ведя пальцем по извилистому пути, что вел от Форта на север — Чего они хотят? Сундуки?

— Конечно. У них скопилось немало ключей…

— А их собственные бойцы?

— Есть — кивнул адъютант — У каждого их тех, кто пришел на крышу поговорить с нами за жизнь есть свой личный надежный отряд или скорее боевая группа. Я видел некоторых. Автоматическое оружие, неплохая экипировка, серьезные рожи… большинство из людов, хотя есть и пара опасных на вид недомутов. В общем каждая из этих групп вполне может рискнуть в вылазке к сундукам. Особенно если есть техника.

— Но?

— Но они не хотят отправлять в поход личную гвардию, командир — отхлебнув еще пива с уже виденной мной маркой Бункерснаба, Хорхе утер рот и покачал головой — Дебилы… они скупают карты-ключи, буквально сидят на них, заодно покупая оружие и снаряжение, обучая бойцов… но никуда их не посылая. Они боятся, лид. Но боятся не гибели отряда, а…

— А других своих улыбчивых друганов с той крыши — кивнул я — Ветераны боятся покинуть свои крепости.

— Насчет крепостей — в точку, лид. Каждый из них владеет своей частью Форта Славы. И я тут заглянул так сказать под половую тряпку и за пару ковров… тут везде тараканья возня. Один пытается подсидеть другого. И при этом эта четверка не пускает на вершину власти новичков. Ты учти это, лид. Мне уже обронили пару словечек и посоветовали быть очень осторожными. Нас используют, а когда надобность отпадет…

— Ну да — улыбнулся я — Будто и не было стирающего память холодного общего сна. Все сука по старой испытанной за тысячи лет модели…

— А может это дерьмо у нас в крови, лид?

— Может и так — согласился я — С этим мы разберемся позже. Их условия?

— Каждый из них даст по три-четыре карты ключа. Ключи не ниже семерки. Направление выбираем мы. Выгребаем все из взрывных сундуков и доставляем сюда. Такая вот миссия…

— А в чем их уверенность, что мы не обманем? Ведь никто заранее не знает что будет лежать в сундуке.

— Точно. И поэтому от каждой из четверки с нами отправится по одному их наблюдателю. В бой не вмешиваются, в рисковые дела не лезут, ждут полной зачистки местности, после чего самолично вскрывают сундуки и записывают на камеру его содержимое. Потом грузим.

— Охренеть…

— Это да… дерьмоеды… И за все эти хлопоты они предлагали по пятнадцать процентов содержимого с каждого сундука, плюс не нам первым выбирать. То есть они выгребут понравившиеся им восемьдесят пять процентов, а мы заберем остальное. При этом все расходы по потраченным патронам и прочим расходникам их не касаются.

— Как быстро ты послал их нахер?

— Мгновенно, команданте, мгновенно. Потом началось ожидаемое. И торговались мы почти час. Итог — тридцать процентов с каждого сундука наше, но не мы выбираем первые. Тут их уломать не удалось. Но за такие жесткие на мой взгляд скромного лесного паренька условия я потребовал у них пару рабочих солнечных панелей, две сотни картечных патронов, десяток гранат и двадцать коктейлей Молотова. Большего выторговать не сумел, хотя и пытался. Но после первого рейда за чужими сундуками многое изменится…

— Ага… Когда выступаем?

— В шесть утра. Время я назначил. Решил, что чем раньше…

— Все правильно, гоблин. Ты в курсе, что в этот раз остаешься здесь?

— Так точно.

— Но в следующий рейд ты со мной — предупредил я — И одна из твоих пока несуществующих бригад. Чтобы жопы не расслаблялись слишком сильно.