Инсайдер

Джей кивнул. Не такая уж великая радость отчитываться перед Баллоком, но жизнь не может быть идеальной. И Джей понимал, что отношение к нему Баллока улучшится, если он станет зарабатывать для фирмы деньги.

– Теперь перейдем к вознаграждению, – сказал Оливер.

Это было главное. Это и было причиной, по которой Джей не желал существовать вне стен «Маккарти и Ллойда».

– Твое годичное жалованье будет составлять пятьдесят тысяч долларов.

– Извините? – Джей сразу сник.

Оливер увидел на лице Джея разочарование.

– Угу, пятьдесят кусков. Столько получают все специалисты твоего уровня у «Маккарти и Ллойда».

– Но я сейчас зарабатываю больше пятидесяти тысяч в год.

– И мы не даем специалистам никаких дополнительных вспомоществований, – продолжал Оливер, не обратив внимания на слова Джея. – Никакой медицинской страховки или страхования жизни, никакого плана «401-К», даже пенсии.

– Вы это серьезно?

– Абсолютно.

Джей опустил глаза.

– Но я кое-что тебе обещаю, Джей Уэст.

– А именно?

– Я гарантирую тебе премию минимум в миллион долларов, и гарантирую ее письменно. Ты являешься на работу в отдел арбитража ежедневно до конца года, и пятнадцатого января «Маккарти и Ллойд» выписывает тебе чек по крайней мерена миллион.

Джей сумел не выдать своих чувств, хотя его переполняло счастье.

– В самом деле?

– Безусловно. – Оливер внимательно следил за Джеем и был слегка разочарован тем, что молодой человек ничем не показал, как повлияло на него известие о крупном вознаграждении. – И я хочу, чтобы ты усвоил вот что. Во-первых, сейчас уже середина июня, так что миллион долларов будет вознаграждением всего за полгода работы. Подсчеты сделай сам. – Оливер помолчал, словно хотел дать Джею время удвоить миллион. – Во-вторых, если ты не просто будешь ежедневно приходить на работу, твое вознаграждение в январе намного превысит обещанную сумму. Если ты принесешь пару пакетов акций, которые будут приобретены и фирма в результате твоих стараний выиграет на этом реальные деньги, твое вознаграждение в январе будет многократно превышать то, что я тебе гарантировал.

Джей крепко сжал ручки кресла. Миллион долларов в один прием. Его жизнь решительно изменится. Ведь его жалованье в Нэйшнл Сити Бэнк составляло семьдесят тысяч в год, а последнее вознаграждение – двадцать три тысячи. Он получил самое большое вознаграждение среди равных ему по положению коллег и считал, что преуспел. Теперь он понял, насколько был не прав.

– Тебе повезло, – заметил Оливер. – Мы тут любим говорить, что питаемся лишь тем, что убили. А ты получаешь гарантию. Во всяком случае, на первый год. Конечно, если ты ничего не будешь нам приносить, тебя вышвырнут.

– Я понимаю, – сказал Джей. – Но я отработаю миллион.

Оливер откинулся на спинку кресла и зевнул, словно миллион долларов – это не впечатляет.

– Баллок в январе получил три миллиона, – как бы между прочим произнес он.

Сердце Джея подпрыгнуло, но он постарался, чтобы Оливер не заметил его радости. Слишком большая радость по поводу чего угодно, даже возможности получить крупное вознаграждение, может быть воспринята как признак слабости.

– Он прекрасно работает, и я это признаю, так как не хочу, чтобы он перешел в другую фирму. В прошлом году он дал заработать «Маккарти и Ллойду» почти тридцать миллионов долларов, а истратил очень небольшой капитал фирмы.

– Баллок от меня не узнает, что вы сказали мне, сколько он зарабатывает, – сказал Джей.

– Можешь ему сказать – меня это не волнует. Он ведь этим гордится. А ты бы не гордился? – Оливер помолчал. – Мы тут не делаем секретов из того, сколько люди получают. Мы хотим, чтобы все цифры были открыты. Это заставляет вас упорнее трудиться. – Глаза его загорелись. – Видишь ли, так работает Уолл-стрит. Мы следуем ее основному принципу – выживанию и ее самой мощной двигательной силе – инициативе. Каждый день мы превращаем в конкуренцию. Если вы выиграли – значит, выиграли по-крупному. Если проиграли, вы об этом быстро узнаете и выходите из игры. Или вас увольняют. – Оливер улыбнулся широкой улыбкой. – Но ты мне кажешься из числа победителей.

– Так оно и есть, – уверенно произнес Джей.

В тот вечер он вышел из своего кабинета в Нэйшнл Сити Бэнк, не зная, чего следует ждать, и последние полчаса в эмоциональном плане были как катание на «американских горках». Но в конечном счете интервью привело к куда лучшим результатам, чем он мог предполагать. Урезанное жалованье будет малой ценой, которую придется заплатить за гарантированный миллион долларов.

Оливер взял резюме Джея.

– Пошли к Биллу Маккарти. Это президент «Маккарти и Ллойда».

– Я знаю, кто он.