Институциональная экономика для чайников

Полвека назад, в прекрасные 1960'е, модернизацию понимали как более или менее неизбежный процесс. американский экономист армен альберт алчиан оформил эти представления в эволюционную гипотезу: институты конкурируют друг с другом, и в этой борьбе должны побеждать наиболее эффективные из них, следовательно, с течением времени в самых разных странах будут распространяться одни и те же институты, и они будут становиться все более и более похожими. с этой точки зрения, допустим, гана проходит те же этапы модернизации, что и, допустим, советский союз — просто несколько позже, надо просто подождать, и автоматический процесс приведет ее к тем же результат там. но оказалось, что это не так. хотя бы потому, что самые эффективные институты побеждают далеко не всегда. ведь устранение неэффективных институтов требует довольно серьезныхзатрат: это трудная работа, поскольку любое правило, каким бы плохим оно ни было, несет не только издержки для одних, но и выгоды для других. и заинтересованные группы далеко не всегда готовы расстаться с выгодными для себя и неэффективными для страны в целом институтами.

Тогда модернизацию стали понимать как задачу. что это означает? у вас есть формула, куда нужно подставить необходимые значения, и задача будет решена. единственная проблема, которая может у вас возникнуть, — это дефицит ресурсов, но если, например, у вас есть деньги, чтобы купить технологии, лицензии, мозги в конце концов, то дальше никаких проблем не будет. действуйте по формуле, и она даст вам модернизацию. я бы сказал, что это представление продержалось по крайней мере до конца xx века. но вот незадача: десятки стран занимались модернизацией, а успеха добились пять или семь. только единицы смогли перейти с нижней траектории развития на верхнюю. и потому следует признать, что модернизация — это не задача.

Модернизация — это проблема, и вовсе не факт, что проблема имеет решение. во всяком случае, не приходится говорить о какихто универсальных решениях. национальная формула модернизации в каждом случае будет уникальна. необходимо найти неповторимое сочетание формальных институтов, которые мы можем вводить более или менее сознательно, с институтами неформальными, которые свойственны ровно этой стране, связаны с ценностями этой страны. если соединить первое и второе, то энергетика страны повышается, и она начинает двигаться по более высокой траектории. при этом россия сейчас еще даже не решает проблему соединения формальных и неформальных институтов, а всего лишь стоит у входа в модернизацию. и здесь нас ожидает то, что в американский экономист дуглас норт называет эффектом блокировки, а российский академик виктор полтерович — институциональной ловушкой. мы стоим на входе, но дверь заперта. почему же не удается «войти» в модернизацию?

Споры о том, какой должна быть модернизация в россии — авторитарной или демократической, проектной или институциональной, — сейчас упираются в один и тот же момент. сторонники проектного подхода к модернизации, для которых знаменем является сколково и 38 инновационных проектов в пяти направлениях, пытаются продвинуть эти начинания с немалой энергией. я им периодически говорю: «если вы с такой силой будете пропихивать проект в страну, вы сломаете либо проект, либо страну». потому что спроса на изменение, которое пытаются провести проектным методом, в стране нет. но в ответ я получаю вполне резонный и очень похожий аргумент: «вы считаете, что нужно менять институты, но как именно вы хотите это сделать?» поменять законы в россии — пара пустяков, тем более что никто их не исполняет и в лучшем случае это сигналы: а теперь пошли налево, а теперь — направо. в реальной жизни от изменения законов мало что меняется. при этом, напомню, с точки зрения экономистов, неработающий закон вообще не является институтом, правило может работать только в том случае, если кому-то нужно, чтобы оно работало. мы опять приходим к тому, что должен существовать спрос на определенные институты.

Таким образом, главная проблема российской модернизации — спрос на изменения. означает ли это, что сейчас в россии никому не нужны изменения? вовсе нет. изменения нужны почти всем, но только если мы думаем о долгосрочной перспективе, о наших детях и внуках. если же мы думаем в пределах одного года, то изменения нам абсолютно не нужны — в этом году у нас и так все должно быть в порядке: нефтяных денег хватает, да и бюджеты поделить лучше до того, как они дойдут до реальных проектов, потому что больше достанется. оказывается, именно ог «долготы» взгляда зависит существование спроса на изменения и модернизацию, на проекты, и на институты у одних и тех же людей.