Интеллект: инструкция по применению

Например, нам предлагают съездить в далекие страны, чтобы совершить восхождение на священную гору, искупаться в священной реке, помедитировать среди древних развалин и т. д. При этом говорят об ощущении благодати, об открытии внутреннего зрения, о неких «тонких» (или толстых) каналах, о расширении сознания, о видениях каких-то высших сущностей и т. д. Утверждается, что это хорошо для духовного развития. Зададим наши ключевые вопросы.

Ну, взошел человек на эту гору, искупался в реке, помедитировал. И что дальше? Что с ним будет? Он уже не сможет после этого врать, воровать, унижать, убивать? Он изменит свою жизнь, будет жить по совести, займется истинной самореализацией? Он приблизится хотя бы на одну ступеньку к Творцу? Так нет же! Какими уезжают туда люди, такими же они обычно и возвращаются. Единственно, они могут похвастаться в кругу друзей своим длительным, трудным и очень дорогостоящим паломничеством, своими переживаниями. Но при чем же здесь духовное развитие? В данном случае нет никакого продвижения к духовности. Так стоило ли? Ведь никакое перемещение тела человека в пространстве не может автоматически сделать его лучше.

Чтобы отличить настоящую духовность от фальшивой, достаточно просто спросить себя: «Будет ли от моего действия жизнь кого-либо лучше, радостнее, счастливее?»

Если ответ «да», то это духовный поступок.

Прекрасный пример настоящей духовности описывает в своей книге «Последняя лекция» Рэнди Пауш:

Как-то раз, лет десять назад, когда Крису было семь, а Лоре – девять, я решил прокатить их в своем новом «Фольксвагене»-кабриолете. «Будьте осторожны с новой машиной дяди Рэнди, – строго предупредила детей сестра. – Вытрите ноги, прежде чем садиться. Смотрите, ничего не пролейте. Не испачкайте новую машину».

Я слушал ее и, как типичный дядюшка-холостяк, думал: «Вот так мы заранее настраиваем детей на что-то плохое. Конечно, они могут случайно испачкать мою машину. С детьми вечно такое случается». Поэтому я не обратил на слова сестры внимания. Пока моя сестра внушала детям правила поведения, я демонстративно открыл банку содовой, перевернул ее и вылил на задние сиденья. Я хотел показать, что люди гораздо важнее, чем вещи. Машина, даже самая замечательная (а мой кабриолет был именно таким), – это всего лишь вещь.

Слезы

Мне пришло такое письмо: