Интеллект, семья и дети

Так же играют и с тем, что называется браком, гарантией, потому что брак — это гарантии. Можно их не давать. Официальный гражданский брак дал возможность выбора: войти в определенную социальную роль, потом выйти из нее. Но этого оказалось недостаточно.

Появилось то, что сейчас называется гражданским браком, — добровольное совместное проживание людей без предъявления своих отношений внешнему миру, без подписания какого-то пакта, договора о гарантиях в отношении друг друга и результатов совместной жизни, то есть детей. Я не знаю, как это называется в других странах.

И теперь у нас в стране есть три вида более-менее структурированных союзов людей: церковный брак, гражданский брак (он же официальный) и сожительство (оно же гражданский брак). Правда, церковь, будучи отделена от государства и не имея собственных прав полной регуляции этих отношений, не имеет права оформлять церковный брак без официального. Если вы официально не женаты, вас не повенчают. Таков договор между государством и церковью.

Так что у нас теперь есть три варианта того, что так или иначе называется браком. Я подчеркиваю: браком, а не семьей. Поэтому у нас очень смешная статистика переписи населения: в нашей стране количество замужних женщин значительно превосходит количество женатых мужчин. Что служит почвой для серьезных и многочисленных переживаний. Так почему же для женщин так важен официальный брак?

Жизнь семейная

Семья — структура социальная.

Держится семья на фундаментальных ценностях. Звучит хорошо, да? А конкретно, что такое фундаментальные ценности, кто-то сказать может? Попробуем?

Семья — это мужчина, женщина и дети.

Семья — это партнерский и экономический социальный союз людей.

Семья — это «надежный тыл», то есть место, куда люди возвращаются отдохнуть от социальных битв.

Семья — это узаконенное и одобренное государством сексуальное партнерство.

Семья — сеть маленьких человеческих сообществ, из которых складываются народы и страны.

Семья — это родные люди, считается, что самые близкие, те, от кого мы не можем отказаться.

Семья — это обязанности и как бы долг перед прошлым и будущим.

Кто-то вспомнит что-то еще?

И что бы ни говорили о том, будто рушится привычный фундаментальный тип семьи и появляются какие-то нефундаментальные, непатриархальные, другие ее варианты, все равно за этим всегда стоит желание людей быть вместе. По тем или иным причинам.

Но дело в том, что начало XXI века, цивилизованные европейские страны…

И именно в этих странах люди отвоевывают право на то, чтобы удовлетворять свою потребность в эмоциональном контакте, не вынося способы ее удовлетворения на суд внешней социальной жизни. То есть, как ни парадоксально, — потребность удовлетворять, а семью не создавать.

Вот где действительно главная проблема того, что рушится традиционный вариант семьи и создаются непонятные, неопределенные отношения людей, все время занятых тем, чтобы как-то уйти из-под влияния социума. Что значит уйти? Это значит поставить границы своей частной, неприкосновенной жизни и не пускать туда социальные законы, социальное влияние. Вариантов таких союзов сейчас множество… Но если мы оглянемся немного назад, то увидим, что в те времена, когда традиционная семья была практически единственным вариантом союза двух людей под одной крышей, существование такой частной жизни, закрытой от влияния ближнего и дальнего социума, было почти невозможно.

Вообще, право на частную жизнь появилось в истории человечества совсем недавно — когда человечество перестало выживать.

Во-первых, сначала у людей не было потребности в частной жизни. Люди просто хотели выжить, мир был другой. Потом постепенно жизнь за счет прогресса становилась легче в плане безопасности и удовлетворения потребностей. Появилось частное время. Сначала у очень богатых, у тех, кто не был озабочен проблемами выживания. Потом частное время, время для себя, для необязательного и не необходимого, как бы спускалось по социальным слоям, по мере того, как в жизнь людей входила техника, заменяющая ручной труд, и социальные законы, гарантирующие возможность не бояться за свою жизнь каждую минуту.

Чем выше становился уровень жизни среднестатистического человека, тем больше у него появлялось свободного времени, больше времени думать о себе, больше времени понять, что он сам для себя — ценность и жизнь, в общем-то, — единственное сокровище, которое у него есть. А право распоряжаться собственной жизнью во многом и есть символ человеческой свободы.

Право распоряжаться собственной жизнью во многом и есть символ человеческой свободы.

Свобода — это право заняться чем-то своим, не имеющим отношения к большому миру с его ресурсами, борьбой и т. д. Внутри этой частной жизни человек отвоевал, получил, забрал себе в собственность право чувствовать, думать и делать все, что он считает нужным, если это не идет во вред окружающим людям. Вот и все.