Инцелы. Как девственники становятся террористами

Когда газета Aftonbladet проанализировала данные 58 подростков, которых суд в 2015–2020 годах признал виновными в убийстве или покушении на убийство (либо соучастии в этом преступлении), обнаружилось, что две трети этих подростков выросли без отца. 34 из них не окончили общеобразовательную школу. Дело не только в том, что отцы могут оградить детей от ошибок, – само наличие отца очень важно для детей, особенно мальчиков: выросшие в полной семье чувствуют себя увереннее, спокойнее, а у мальчиков лучше развивается эмпатия, когда они видят пример мужского поведения. Между тем и в США, и в Европе всё больше детей растет без отцов, и такая тенденция может привести к катастрофе. Ассоциация психологов Миннесоты перечисляет возможные последствия для детей: растут риски плохой успеваемости, проблем с психикой, вовлечения в преступные группировки, нищеты, бездомности и развития наркозависимости.³⁴ По данным статистического бюро американского Департамента юстиции (Bureau of Justice Statistics), 809 000 из 1,5 миллионов заключенных, мужчин и женщин, были родителями маленьких детей. Только 35 % находящихся в заключении отцов проживали со своими детьми в последний месяц, предшествовавший задержанию[30]. Исследования того же Департамента юстиции констатируют, что 20 % заключенных – дети родителей, также отбывавших наказание в тюрьме.³⁵ Статистика других ведомств также демонстрирует мрачные цифры: 63 % учащихся, совершивших самоубийство, и 71 % учащихся, бросивших учебу, выросли без отца – по данным Департамента здравоохранения США (US Department of Health-Census Bureau) и Национальной ассоциации директоров школ (National Principals Association) соответственно.

Разумеется, всё это не означает, что присутствие отца всегда положительно сказывается на ребенке. Иногда семье лучше не общаться с отцом, проявляющим склонность к насилию или зависимым от алкоголя или наркотиков.

Когда отца нет, это сильно повышает требования к другому родителю, матери; порой таким требованиям трудно и даже невозможно соответствовать. Кроме того, жизнь в неполной семье сама по себе может означать уязвимость. Мне доводилось интервьюировать недобровольно одиноких мужчин и женщин, которые рассказывали, что росли в ужасных условиях и их мамы в отсутствие отцов подвергали их физическому и психическому насилию. Среди тех, кто позднее прославился своими преступлениями, тоже хватает примеров сыновей, имевших проблематичные отношения с матерями.

14 декабря 2012 года 20-летний Адам Лэнза начал стрельбу в начальной школе «Сэнди-Хук» в Ньютауне, штат Коннектикут. В результате погибли 27 человек. Лэнза, которому диагностировали синдром Аспергера, был одержим массовыми убийствами и школьными расстрелами. Еще до того как открыть огонь в «Сэнди-Хуке», дома Лэнза застрелил мать из ее же собственного оружия, а после массового убийства покончил с собой.

Другой пример массового убийцы с проблемными отношениями с матерью – Андерс Беринг Брейвик. Убийца, совершивший свое преступление на острове Утёйя, зарабатывал деньги, продавая фальшивые дипломы; отмывать эти деньги помогала его мать. В отчете о состоянии здоровья, зачитанном в зале суда, говорится, что Брейвик никогда не чувствовал себя таким счастливым, как после смерти матери: он обвинял ее в том, что она недостаточно гордилась его деянием. Судя по отчету, Брейвик считал, что его мать должна была бы быть «самой гордой матерью в Европе».

Меня всегда восхищали мужество и отвага, которые мой папа проявил на войне, будучи офицером, но при этом повергали в отчаяние его безынициативность и жалость к себе: как-то они не вязались с той доблестью, которую он продемонстрировал в молодые годы. Что до него, хотя он гордился мной и безусловно любил, иногда ему не удавалось скрыть разочарование.

Теплый летний день, время обеда. Я учусь в начальной школе, мне лет девять. Мы собрались за кухонным столом, мои родители сидят друг напротив друга, отец – спиной к раскрытому кухонному окну, я – в торце стола.

– Эй!