Иран. Полная история страны

В 528 (возможно, что и в 529) году Кавад I казнил Маздака и его видных последователей, в числе которых был и старший сын шахиншаха Кавус. Многие историки считают, что расправа с маздакитами была инспирирована младшим сыном шахиншаха Хосровом, который убедил отца в том, что попустительство «уравнителям» в конечном итоге погубит государство. Дело было не только в подорванной экономике, но и в ослаблении военной мощи, ведь в тяжелой кавалерии, составлявшей основу сасанидской армии, служили небедные люди. А рядом были такие опасные враги, как Византия и эфталиты…

Хосров I Ануширван – величайший из правителей Ирана

Кавад I умер в 531 году, когда его держава воевала с Византией. В обход старших сыновей Кавуса и Замаспа он назначил своим преемником младшего сына Хосрова, вошедшего в историю как Хосров Ануширван («Обладатель бессмертной души»). На момент воцарения Хосрову было около 18 лет. Даже для того времени, когда люди взрослели рано, молодой шахиншах поражал своими способностями.

Прокопий Кесарийский сообщает, что Кавад предлагал византийскому императору Юстину усыновить юного Хосрова для того, чтобы укрепить его позиции, как преемника отца. «Кавада охватило беспокойство, как бы персы, как только он окончит дни своей жизни, не произвели мятежа против его дома, тем более что он собирался передать власть одному из своих сыновей не без их противодействия. Старшего из его сыновей, Каоса, уже в силу возраста закон призывал на престол. Это отнюдь не было по душе Каваду, и воля отца шла вразрез с правами природы и существующими законами. Закон не позволял вступить на престол второму его сыну Заму [Замаспу], так как он был лишен одного глаза. Ибо у персов нельзя стать царем одноглазому или страдающему каким-либо другим физическим недостатком. Хосрова же… отец очень любил, но видя, что поистине почти все персы восхищены храбростью Зама (был он превосходный воин) и чтут его за другие достоинства, он боялся, как бы они не восстали против Хосрова и не нанесли бы непоправимой беды его роду и царству. Итак, он счел за лучшее прекратить войну с римлянами и уничтожить все поводы к ней при условии, что Хосров станет приемным сыном василевса [императора] Юстина. Только тогда, думал он, будет надежной его власть»[95].

Юстин отказался, поскольку усыновление давало бы Хосрову возможность претендовать на византийский престол (возможно, что на это и рассчитывал Кавад, а версия, изложенная Прокопием, была всего лишь прикрытием).

Хосров стал шахиншахом державы, стоявшей на краю пропасти. Экономика в упадке, центральная власть в расстройстве, армия слаба, богатые недовольны тем, что шахиншах так долго покровительствовал маздакитам, а бедные недовольны устранением маздакитов… Вдобавок старший брат предъявляет претензии на престол (о степени выраженности этих претензий можно судить хотя бы по дошедшим до нас монетам с профилем «шахиншаха» Кавуса). С Кавусом Хосров расправился быстро, в середине 532 года. В решающем сражении Кавус потерял почти все свое вой– ско, попал в плен и был казнен. Замаспа Хосров сначала не опасался, поскольку у одноглазого брата действительно не было возможности претендовать на престол. По представлениям того времени, правитель должен был быть воплощением совершенства. С некрасивостью или хилым телосложением мирились, поскольку эти недостатки выправляются пышными одеждами и лестью, но при отсутствии конечности, глаза или уха о совершенстве и речи быть не могло. Однако заговорщики из числа придворных вознамерились усадить на престол малолетнего сына Замаспа по имени Кавад. Когда заговор раскрылся, Хосров приказал убить брата и всех его сыновей, но предание гласит, что Каваду удалось спастись. Во всяком случае, Прокопий Кесарийский упоминает о том, что при дворе византийского императора Юстиниана I, правившего с 527 по 565 год, пребывал человек, выдававший себя за Кавада. Император не был уверен в том, что это настоящий Кавад, но тем не менее принял его благосклонно и оказывал большой почет (кто же откажется от «запасного» кандидата на престол враждебного соседнего государства?).

Рис. из книги Акрама Зуайтира и Дарвиша Аль-Мукдади «Тарихуна би-услю б касаси» («Наша история в повествовательном стиле»). 1354