Ирано-иракская война 1980-1988 гг. Война на море

Вместе с тем, захват островов и расположение на двух из них военных гарнизонов поставили под иранский контроль имеющие международное значение морские коммуникации на подходах к Ормузскому проливу, по которым проходит основной грузопоток не только импорта в Иран и поступающей на экспорт нефти страны, но и нефти других государств Персидского залива. Таким образом, оккупация островов носила скорее наступательный, чем оборонительный характер. По существу эта акция стала для руководства Ирана пробой сил в использовании вооруженных сил и, в частности, их военно-морского компонента в качестве инструмента внешней политики. Военная акция, кроме того, подтвердила высокую эффективность боевого применения катеров на воздушной подушке, использовавшихся для высадки десанта на необорудованные побережье.

Весной 1973 года иранские войска были направлены для оказания помощи султану Омана Кабусу в борьбе против национально-освободительного движения в Дофаре. Военное присутствие в Омане преследовало также цель закрепить иранский контроль над Ормузским проливом как военным, так и политическим путем, что и было достигнуто в декабре 1977 года, когда было опубликовано ирано-оманское коммюнике, в котором стороны заявили, что несут совместную ответственность за безопасность Ормузского пролива[59].

В дальнейшем Иран не оставил попыток усилить контроль над морскими коммуникациями и во всей северо-западной части Индийского океана. Для наблюдения за транспортировкой нефти через Суэцкий канал ВМС Ирана осуществляли присутствие в египетских портах Суэц и Порт-Саид[60]. Развертывание боевых кораблей в зоне Суэцкого канала и в Красном море давало возможность Ирану контролировать не только нефтяные перевозки, но и пресекать попытки поставок вооружений морским путем мятежникам в Дофаре.

Рост доходов от экспорта нефти в 70-е годы и в связи с этим практически неограниченные возможности по выбору и закупке дорогостоящих вооружений позволили Ирану приступить к очередному этапу строительства ВМС — созданию океанского флота, который служил бы инструментом силовой политики шаха, и, по замыслу правящих кругов страны, обеспечил бы Ирану лидирующее положение в северо-западной зоне Индийского океана. В целом увеличение темпов военного строительства в этот период наиболее зримо характеризует беспрецедентный рост военных расходов Ирана в начале 70-х годов. Так, если s1971 году они составляли 1,810 млрд. долларов, то в 1976 году уже 10,577 млрд. долларов[61].

Что касается ВМС, то выступая 5 октября 1972 года по случаю празднования очередной годовщины создания военно-морских сил в офицерском клубе базы "Великий Куруш" на о. Харк, шах Ирана так обосновывал необходимость их дальнейшего строительства. Признав, что три-четыре года назад он думал лишь о защите иранских богатств в Персидском заливе и обеспечении их свободного вывоза во внешний мир через Ормузский пропив, шах заявил, что в настоящее время "нашей заботой является граница безопасности Ирана, не указываю на сколько она простирается. Однако каждый, кто знаком с географией, стратегией и особенно с возможностями военно-воздушных и военно-морских сил, знает, насколько далеко от Чахбехара (в Индийском океане. — М.С.) должна находиться эта граница. В этом направлении мы и предпринимаем усилия. Пока воздержусь указывать какие именно. Но то, что мы хотим видеть завтра, или, скажем, через четыре месяца, или через 18 месяцев, или через два года, не является простым добавлением к ударным силам ВМС Ирана нескольких единиц, а предполагает их многократное увеличение"[62]. Материальную основу под амбициозные планы шахского режима расширить влияние Ирана за пределы Персидского залива заложило, как уже отмечалось, почти десятикратное увеличение цен на нефть во время нефтяного кризиса 1973 года, который обеспечил стране огромные доходы в 20–23 млрд. долларов в год[63]. Это позволило в течение шести лет предшествовавших исламской революции 1978–1979 годов, закупить в США, Великобритании, ФРГ, Израиле и некоторых других странах оружия и военной техники на 36 млрд. долларов[64].