Ирано-иракская война 1980-1988 гг. Война на море

Объективно деятельность кораблей ВМС США и их союзников в зоне Персидского залива была направлена против Ирана; ослабляя его позиции в противоборстве с Ираком в целом и на морских коммуникациях, — в частности Ирак, обвиняя Вашингтон в нагнетании обстановки вокруг "ракетного кризиса" и критикуя его стремление установить свою гегемонию в регионе[352], тем не менее был серьезно заинтересован в бесперебойном вывозе нефти арабскими государствами, предоставлявшими ему не только кредиты на военные нужды, но и экспортировавшими нефть в счет иракской квоты в ОПЕК. По существу, корабли западных стран взяли на себя задачу, выполнения которой военно-морские и военно-воздушные силы Ирака так и не смогли добиться в ходе ирано-иракской войны, то есть взяли под защиту использовавшиеся Ираком и поддерживавшими его в войне арабскими странами морские коммуникации в Персидском заливе.

Именно поэтому иракское руководство, сохраняя антиамериканский тон в публичных заявлениях, не предпринимало конкретных шагов с тем, чтобы воспрепятствовать деятельности кораблей BMC США и их союзников в Персидском заливе. Инцидент с нанесением удара иракским самолетом по американскому фрегату "Старк" носил, по признанию обеих сторон, случайный характер и не стал причиной изменения их подходов к решению проблем в зоне Персидского залива.

Таким образом, военное противостояние в регионе, помимо ирано-иракского вооруженного конфликта, развивалось в основном по линии обострения американо-иранских противоречий с очевидной угрозой их перерастания в военное столкновение между сосредоточенными в зоне Персидского залива формирования вооруженных сил этих двух стран. Присутствие кораблей BMC европейских стран, а также 8-й оперативной эскадры ВМФ СССР, обеспечивавших проводку только своих судов (за исключением Великобритании) и мероприятия по противоминной обороне, не прибегая к наступательным действиям, не оказало решающего влияния на развитие военно-политической ситуации в регионе. Иранское руководство и в обстановке балансирования на грани военного столкновения с Соединенными Штатами не рассматривало европейские страны и группировки их ВМС в Заливе в качестве противостоящей ему и единой с BMC США силой, выделяя более конструктивный и гибкий подход стран ЗЕС к проблемам Персидского залива и их стремление действовать с большей самостоятельностью и независимо от жесткой линии, проводимой Вашингтоном. В этом отношении показательно, что группировки BMC европейских стран и ВМФ СССР в течение всего периода присутствия в зоне Персидского залива не вступали вооруженные столкновения с иранскими силами.

Характер развития ситуации в зоне Персидского залива в 1987 году — первой половине 1988 года, приведший к беспрецедентной эскалации иностранного военно-морского присутствия в северо-западной зоне Индийского океана, в немалой степени был предопределен и ошибками администрации США в прогнозировании последствий принятого решения о взятии под защиту кувейтских танкеров и недостаточной проработанностью планов по обеспечению безопасности коммуникаций на маршруте движения конвоев. Это объясняется принявшей традиционный к тому времени характер уверенностью американских политиков и военных в том, что Соединенные Штаты в любой ситуации способны установить контроль за развитием событий и не позволить им выйти за приемлемые для них рамки, что в данном конкретном случае проявилось в недооценке Ирана как потенциального противника в борьбе на коммуникациях и, особенно, в минной войне на море и переоценке собственных возможностей по организации и ведению противоминной обороны. Даже после неудачного начала операции по проводке кувейтских танкеров, которая выявила неготовность группировки BMC США к обеспечению противоминной безопасности конвоев, подобная "уверенность" продолжала иметь место. Так, на церемонии ввода в строй первого современного американского тральщика-искателя мин типа "Авенджер", несмотря на очевидную актуальность комплектования BMC США минно-тральными кораблями второго послевоенного поколения, заместитель министра BMC США Лоурен Гаррет заявил, что "события в Персидском заливе ставят под сомнение необходимость поступления в BMC новых тральщиков. Мы должны стремиться установить контроль над событиями, а не позволять им управлять нами"[353].