Читаем Исчезнувшие девушки. Нераскрытая тайна серийного убийцы полностью

Однажды утром, когда Алекс еще спал, Шэннан вернулась с работы пьяная. Она принялась расталкивать его и говорить гадости: «Слушай ты, лузер, долго еще будешь валяться? Поднимай свою задницу и иди работай! Я не собираюсь больше содержать тебя!» – «Тихо ты!» – пытаясь говорить потише, Алекс с опаской посматривал в сторону другой спальни. Из своей квартиры в центре Джерси-Сити они съехали и теперь жили у отца Алекса.

«Да пошел ты на хер!»

«Тебя здесь никто не держит. Потише, он же там спит».

«Ах ты, папенькин сынок!»

Она стукнула его в грудь, не слишком сильно, но довольно чувствительно.

«Давай выйдем», – попросил Алекс.

«Да никуда я пойду!»

«Прекращай!»

«А не пошел бы ты на хер!»

Он больше не мог сдерживаться. Кулаком он ударил Шэннан в подбородок. Сначала она взвизгнула, потом пронзительно завыла. Отец Алекса проснулся. Шэннан хотела вызвать полицию. Алекс не знал, что делать. Шэннан выла, не переставая. В конце концов, он сдался. «Ладно, может и лучше, если меня арестуют». Шэннан слегка притихла. Но вызывать полицию – плохая идея. Алекс это понимал. И знал, что и Шэннан это понимает.

Постепенно она успокоилась, и жизнь потекла как и прежде. Отец отчитал Алекса: «Ты не должен был так делать. Ты мужчина. Тебе нельзя поднимать руку на девушку». Прошло два дня. Алекс покупал Шэннан подарки, пытаясь загладить вину. Но челюсть Шэннан нестерпимо болела и распухла так, что она не могла жевать. В конце концов, Алекс отвез Шэннан в больницу, где ей диагностировали перелом. Было два варианта лечения – скрепить челюсть спицей или наложить на кость титановую пластину. Второй был быстрее. Шэннан выбрала его и оплатила операцию сама, в рассрочку.

Солнечным сентябрьским днем, спустя два месяца после закрытия World Class Party Girls, Шэннан стояла на улице, ожидая встречи со своим новым водителем. Она приступала к работе в эскорт-сервисе из Бронкса под названием Fallen Angelz. В бизнесе происходили перемены: крупные агентства становились легкой добычей полиции. Теперь Шэннан предстояло узнать, насколько трудно будет начинать все сначала на новом месте.

Водителя звали Майкл Пак. Это был худощавый сдержанный парень корейского происхождения.

Шэннан забралась на заднее сиденье его черного внедорожника. Вскоре им позвонили из диспетчерской и велели приехать в некое место между мостами Куинсборо и Уильямсбург и дожидаться дальнейших указаний. Так они и сделали, но в течение нескольких часов ничего не происходило. Майкл то и дело звонил в агентство, и в конце концов их отправили в русский квартал в Южном Бруклине. Но вызов оказался ложным. Клиента там не было.

Оба почувствовали, что их водят за нос, и поняли, что это из-за того, что Шэннан новенькая и доверие агентства еще нужно было заслужить. По мнению Майкла, это было в высшей степени странно – девушка прежде работала в крупном агентстве, она хороша собой и очень неглупая. Шэннан тоже не понравилось, что ей не доверяют. Поэтому прямо тогда же они решили работать самостоятельно. Он будет возить ее к клиентам и получать треть от заработанного. А с поиском клиентов проблем не будет. Они найдутся в интернете.

Шэннан и Майкл прекрасно сработались. Он был спокойным и осторожным. Она – миниатюрная, прекрасно сложенная, очень живая и забавная. В большинстве случаев его подчеркнутая бесстрастность хорошо сочеталась с ее неукротимым задором. В разъездах по городу между заказами она рассказывала ему байки о себе: о том, как подралась с девушкой, которую вызвали на ту же вечеринку, что и ее; как один водитель захотел, чтобы она расплатилась с ним сексом; о многочисленных случаях, когда ее кидали на деньги.

Таких историй у Шэннан была уйма. Она болтала без умолку, не давая возможности Майклу и слова вставить. Он так и не рассказал Шэннан о себе. Она так и не узнала, что он был средним из троих детей семьи американских корейцев и вырос в Джексон-Хайтс[16]. Когда ему было девять, отец умер от инсульта, и добытчицей в семье стала мать – на Лонг-Айленде она открыла продуктовый магазинчик и бензоколонку. После колледжа Майкл провалил тест для поступления на юридический факультет, пошел работать в страховую компанию, но попал под сокращение. И о том, как облажался по-крупному, Майкл тоже не успел рассказать Шэннан. Приятель рассказал ему о вроде бы прибыльном деле – за три тысячи долларов помочь богатой молодой китаянке с переездом в Америку. Майклу тогда и в голову не пришло, что это афера. Девушка ехала в Америку нелегально, а деньги ему платили, чтобы он прикрыл ее от ненужного внимания при пересечении границы. Майкл полетел в Шри-Ланку, встретился с этой девушкой и вместе с ней вернулся в Америку. Его арестовали в аэропорту Далласа по обвинению в преступном сговоре с целью противоправного использования паспорта.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» — документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути — от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» — оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Финансы / Экономика / Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес / Ценные бумаги
Сталин и враги народа
Сталин и враги народа

Андрей Януарьевич Вышинский был одним из ближайших соратников И.В. Сталина. Их знакомство состоялось еще в 1902 году, когда молодой адвокат Андрей Вышинский участвовал в защите Иосифа Сталина на знаменитом Батумском процессе. Далее было участие в революции 1905 года и тюрьма, в которой Вышинский отбывал срок вместе со Сталиным.После Октябрьской революции А.Я. Вышинский вступил в ряды ВКП(б); в 1935 – 1939 гг. он занимал должность Генерального прокурора СССР и выступал как государственный обвинитель на всех известных политических процессах 1936–1938 гг. В последние годы жизни Сталина, в самый опасный период «холодной войны» А.Я. Вышинский защищал интересы Советского Союза на международной арене, являясь министром иностранных дел СССР.В книге А.Я. Вышинского рассказывается о И.В. Сталине и его борьбе с врагами Советской России. Автор подробно останавливается на политических судебных процессах второй половины 1920-х – 1930-х гг., приводит фактический материал о деятельности троцкистов, диверсантов, шпионов и т. д. Кроме того, разбирается вопрос о юридических обоснованиях этих процессов, о сборе доказательств и соблюдении законности по делам об антисоветских преступлениях.

Андрей Януарьевич Вышинский

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Документальная литература / История
Правда о допетровской Руси
Правда о допетровской Руси

Один из главных исторических мифов Российской империи и СССР — миф о допетровской Руси. Якобы до «пришествия Петра» наша земля прозябала в кромешном мраке, дикости и невежестве: варварские обычаи, звериная жестокость, отсталость решительно во всем. Дескать, не было в Московии XVII века ни нормального управления, ни боеспособной армии, ни флота, ни просвещения, ни светской литературы, ни даже зеркал…Не верьте! Эта черная легенда вымышлена, чтобы доказать «необходимость» жесточайших петровских «реформ», разоривших и обескровивших нашу страну. На самом деле все, что приписывается Петру, было заведено на Руси задолго до этого бесноватого садиста!В своей сенсационной книге популярный историк доказывает, что XVII столетие было подлинным «золотым веком» Русского государства — гораздо более развитым, богатым, свободным, гораздо ближе к Европе, чем после проклятых петровских «реформ». Если бы не Петр-антихрист, если бы Новомосковское царство не было уничтожено кровавым извергом, мы жили бы теперь в гораздо более счастливом и справедливом мире.

Андрей Михайлович Буровский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История