Исключая чувства

Да и не хотелось всерьез каких-то абстрактных женщин, а Лару — очень даже. С ее отзывчивостью, страстностью, категоричностью и требовательностью — крышесносное сочетание качеств, если место столкновения — постель. Легкие сомнения, продиктованные скорее разумом, чем реакциями тела, в исключительной привлекательности Лары после свежего взаимодействия в ее кабинете исчезли окончательно.

Она его притягивала: не просто как любая красивая женщина, оказавшаяся во вкусе конкретного мужчины, а несравнимо сильнее, чем случалось при стандартном сексуальном влечении.

Интерес, безусловно, оставался чисто физическим, но незнакомо сильным: Дима не помнил, чтобы прежде проваливался в мир ощущений так глубоко, что от поцелуев терялся к черту контроль и остановиться было настолько сложно, и все мысли крутились вокруг одной единственной женщины и секса с ней.

Наверное, ему наконец, на тридцать первом году жизни, предоставился шанс познать, что есть взаимная страсть. Прежде были влюбленности — сильные и слабые, безответные и счастливые, долгие и мимолетные, были женщины — недосягаемо прекрасные, о которых оставалось только мечтать без единой надежды, были отношения — серьезные, с планами на будущее, с искренними чувствами, но все же какие-то рутинные, что ли, с эффектом постройки: не было там ни внезапности, ни захватывающей дух остроты непредсказуемости и бесконтрольности, ничего не шло своим чередом, всегда наличествовал план действий для достижения определенного результата, а тут такое. Достаточно взглядами встретиться — и все, дальше беспамятство. Стремительное и неотвратимое. Без всяких усилий с его стороны.

Эта легкость взаимодействия не могла ни увлечь. Не надо было кого-то из себя строить, чтобы вызвать ответный интерес, выдумывать романтические жесты, стараться произвести впечатление, тратить недели на общение и ритуальные прогулки и свидания, переживать, что не сложится, не произойдет притирка, не сойдутся взгляды на жизнь и т.д. Без влюбленности, включавшей в себя желание совместного будущего, существование приятно упростилось.

Один чистый кайф. Он хочет ее, она хочет его — и никаких ожиданий друг от друга, кроме самых минимальных: не лезть за рамки дозволенного и наслаждаться моментом.

Дима не видел ни одной причины отказаться. Он не влюблен. Ему не нужны долгосрочные отношения. Ему точно не хочется превратиться в разочарование для какой-то другой женщины, которая несмотря на его слова начнет строить планы, просто потому что не поверит, что нельзя перевести отношения из одной плоскости в другую, и станет требовать больше оговоренного.

Вот насчет Лары он теперь был спокоен на сто процентов: у нее точно никаких неправдоподобных мечтаний о великом женском счастье любой ценой в подсознании не найдется. Все по полочкам. Такая и не влюбится, если сама не захочет.

Идеальный вариант.

Вторая половина рабочего дня ожидаемо тянулась мучительно. Постоянно отвлекаясь на захватывающие сознание яркие картинки, Дима тратил все силы на попытки вернуть собственное внимание к лежавшим перед ним черновикам будущих договоров. Встреч с клиентами как способа переключиться и заняться чем-то, кроме жарких фантазий, ждать не стоило — единственная послеобеденная консультация отменилась, и Дима скучал наедине с тонной бумаг и не стремящимися к работе мыслями.

Уходя, он не добился от Лары ответа на свой последний вопрос, она лишь пожала плечами, отмахиваясь: в отличие от него она, очевидно, переключилась на рабочий лад и думать о чем-то стороннем не желала. Даже его просьбу о номере телефона отфутболила коротким «Потом». Дима вышел, очень медленно и аккуратно закрыв дверь. Ничего, после шести придет еще раз. Не сахарный. А Лара не железная. Он же теперь наверняка знает, как она реагирует на его активные действия. Остаться сегодня ни с чем Дима не хотел. Иначе к субботе он просто с ума сойдет.

На столе коротко завибрировал телефон. Взглянув на экран, Дима заулыбался. Лара Гишар[1] (а он ее под настоящим именем искал!) прислала ему заявку в друзья и сообщение.

«Я заканчиваю в полседьмого, встретимся на первом этаже».

Без двадцати семь Лара вышла из лифта в уже хорошо Диме знакомом пальто, и ассоциация с тем самым вечером стала новым ударом по его выдержке. Он две недели представлял, как все пройдет во второй раз. Весь сегодняшний день был заведен, а получив ее сообщение, ждал уже из последних сил.

Кажется, его немного потряхивало от нетерпения, но он все-таки сумел вежливо выяснить у приблизившейся к нему Лары, хочет ли она поужинать. Он, возможно, и сам бы не отказался от еды, если бы более приоритетное желание скорее затащить ее к себе еще поддавалось контролю. Вероятно, Лара вполне догадывалась о его состоянии или даже разделяла: от ужина она отказалась без раздумий.

— Поехали к тебе. — От ее голоса Диму слегка повело. Она намеренно говорит этим томным, но уверенным тоном?

— Ты на машине? — Он надеялся, что нет. А еще жалел, что сам сегодня не на такси.