Искусство драматургии

Г-жа Пернель.

Ну да, мы и в грехах погрязли оттого,Что мало чтим людей благочестивых…

Дорина.

Таких, как он, бессовестных и лживых!..Не благочестье тут, а просто ханжество!..

Г-жа Пернель.

Язык, язык!..

Дорина.

Что ж, я не лицемерюИ прямо говорю: на грош ему не верю —

Узнала я достаточно его!..

Г-жа Пернель.

Ты говоришь — узнала? То-то!..Привыкли мы от правды убегать —Выслушивать ее не всякому охота…А у него одна забота:На путь спасения заблудших возвращать…

Дорина.

Пусть будет так… но отчего жеОн поднимает шум и гам,Когда приходят гости к нам —

Особенно мужчины помоложе?..Здесь все свои… я, так и быть, скажу…Поверьте, он ревнует госпожу…

(Да, он ревнив, как выяснится впоследствии. Мольер заблаговременно описывает все причины дальнейших поступков героев.)

Г-жа Пернель.

…Послушай-ка, что говорят кругом!..Помилуйте, для всех открытый дом!За гостем гость — и счета нет каретам!..Я думать не хочу о чем-нибудь дурном,Но дурно уж и то, что говорят об этом.

…[Эльмире].И вот подобной болтовнейВы развлекаетесь, невестка дорогая!А мы, несчастные, и рта уж не раскрой!..Но высказаться все-таки должна я!Так знайте же: мой сын прекрасно поступил,Что принял в дом известную особу,К которой дьявол вам внушилТакую ненависть и злобу.Он праведник, душа его чиста —

И что же видит он и слышитВокруг себя?! Какой заразой дышатВсе эти сборища, вся эта суета…Балы да ужины… приемы да обеды…И день и ночь!.. А гости? А беседы?!Ни благочестия, ни скромности ни в ком…На языке лишь баловство пустое,Святого ничего… Да это что ж такое?Столпотворение? Содом?!

Перечитав замысел, вы догадаетесь, что кто-то — в данном случае Тартюф — будет, изображая из себя праведника, вводить в заблуждение невинных, доверчивых людей — Оргона и его мать. Если он преуспеет в этом, то в дальнейшем сможет завладеть богатством Оргона и сделать хорошенькую Эльмиру своей любовницей.

Уже в самом начале пьесы мы понимаем, что над этим счастливым семейством нависло ужасное несчастье. Мы пока не видели Оргона, а лишь успели познакомиться с его матерью, рьяно вставшей на защиту мнимого святоши. Возможно ли, чтобы здравомыслящий мужчина, бывший офицер, настолько проникся безоговорочным доверием к другому мужчине, чтобы позволить ему посеять хаос в своей семье? Если он действительно так верит Тартюфу, то тем самым первая часть замысла автора подтверждается прямо и открыто.

Затем мы становимся свидетелями того, как хитрый Тартюф — и не без помощи Оргона, своей предполагаемой жертвы, — роет тому яму. Попадет ли он в нее? Мы пока не знаем, но у нас просыпается интерес к дальнейшему развитию событий. Посмотрим, доверяет ли Оргон Тартюфу так же безгранично, как и его мать. Оргон только что вернулся домой из небольшого путешествия. Он встречает брата своей второй жены Клеанта.