Искусство любви

Никто не оспорит, ручаюсь я вам головой,Что польская речь наша пахнет весенней травой,Ядрёной и сочной, как наше приволье лесное,В ней музыка мира и все многоцветье земное.В ней грохот оркестра и тихий напев ручейка,В ней светлое небо, в котором плывут облака.Но надо признаться, что беден язык наш в искусстве,Когда говорим о простом человеческом чувстве.Когда превращаются в рай все красоты земли,Все прелести мира, что заново вдруг расцвели,Единственных слов не хватает ни нам, ни поэтам,Не принято, видите ль, в Польше трезвонить об этом.Паненку одну я спросил в полуночной тиши,Какие слова мне извлечь из смятенной души,Чтоб выразить то, что друг друга в желанной постелиПоляк и полячка, прощенья прошу, «поимели».А может быть, этот союз двух влюблённых сердецБлаженством назвать иль беспутством назвать, наконец,А может быть, свинством (чего не бывает в природе!),А может быть, чем-нибудь грязненьким в этом же роде.Не могут звучать из далёкой былой стариныСлова нашей нынешней неповторимой весны,Ведь если «об этом» в родном языке ни словечка.То «это» умрёт и в душе не оставит местечка.Мне надо каких-нибудь несколько слов, видит бог,Чтоб небо на грешной земле воцарить я бы мог,Неужто воскликнуть я должен, приблизившись к цели:«Прелюбодействовать будем с тобой, слышишь, Анеля!»Неужто, скажите, шепнуть мне, девчонку любя:«Хочу отобрать я невинность твою у тебя!»Сказать ей: «Не бойся зачать — и конец всем тревогам,И плюнь на того, кто соврёт: «это грех перед богом».Вдохнув полной грудью целебный земной ветерок,В деревне, услышал я после тревожных дорог:«Как смотришь ты, Кася, чтоб эту прекрасную ночкуВдвоём провести… того… этого» … Ставим здесь точку.

Со времени появления этих строк минуло почти пятьдесят лет, а мы по-прежнему пользуемся для выражения наиболее деликатных и интимных переживаний научной терминологией или так называемым «литературным сленгом». Последний больше распространён и проявляет удивительную жизнестойкость. Однажды я ехала в вагоне электрички рядом с группой молодых парней, которые оживлённо разговаривали, используя словарный запас из четырех-пяти слов. Самое удивительное в том, что этого количества слов им было вполне достаточно, чтобы затрагивать различные темы и прекрасно понимать друг друга. Беседа длилась несколько часов, я в конце концов не выдержала и спросила, не знают ли они, чем отличается человек от обезьяны? Между прочим, заметила я, человек умеет говорить, а вам, молодые люди, известно всего лишь пять слов. Я сознавала, что рискую и что в лучшем случае они употребят все эти слова, чтобы послать меня куда-нибудь в другое место, но ошиблась. Ребята смутились, и на этом наше милое общение закончилось.