Искусство любви

В последние годы мы окончательно покончили с сексуальными стереотипами эпохи наших бабушек и стали свидетелями «сексуальной революции» женщин. Хочу привести несколько цифр. В работе Ганны Малевской «Культурные, психические и общественные детерминанты сексуальной жизни» приведены результаты интересного опроса, в котором участвовала 861 женщина (проводился в начале шестидесятых годов). Был поставлен вопрос: сколько времени женщина может обходиться без половых сношений? 399 женщин ответили, что от одного до нескольких месяцев, 56 — до года и больше, а 141 —заявили, что вообще могут обходиться без секса. Таким образом, 65—70 процентов опрошенных подтвердили свою половую холодность или отсутствие всякой сексуальной возбудимости. Добавлю, что эта статистика характерна в основном для военного и послевоенного времени, потому что опрашивались женщины, которым было уже за тридцать.

Аналогичный опрос проводился мною через десять лет в варшавской консультации Общества сознательного материнства. Среди 5000 опрошенных женщин 16,2 процента признались, что очень редко испытывали потребность в коитусе, 18,1 — сказали, что никогда не нуждались в половой близости, а 0,1 процента утверждали, что испытывают отвращение к сексу. В результате сексуально холодных и сексуально безразличных набралось около 35 процентов. Цифры говорят сами за себя: за двадцать лет количество сексуально холодных женщин сократилось почти вдвое. О чем свидительствует этот факт? О несомненно положительных сдвигах в работе врачей-сексологов, социологов и психологов, занимающихся популяризацией культуры секса.

Не буду больше утомлять читателей цифрами и приведу отрывок из письма немолодой уже женщины, написавшей его после того, как в журнале «Перспективы» появилась моя статья «О радостных забавах в постели вдвоём». Эта женщина, в частности, пишет: «Мне уже немало лет. Здоровье неважное, я мать шестерых детей. В жизни пришлось разговаривать на темы интимных отношений с различными женщинами. И никто из них (кроме одной, которая, как мне кажется, была с сексуальными отклонениями) не мог сказать, что получал от половой близости с мужчиной удовольствие: все смирялись, так как состояли в браке и боялись, что муж начнёт погуливать „на стороне“. Большинство воспринимало секс безразлично, многие — с чувством отвращения.

Вы пишете, что мы, женщины, должны чаще улыбаться. Да какое уж тут веселье?! Если за годы долгой семейной жизни что-то и пробуждало во мне неприязнь к мужу, так это его похотливость. Но я мужчин не осуждаю… Их моральный уровень настолько низкий, что они нам и в подмётки не годятся. Мне трудно поверить, что есть темпераментные жёнщины. Знаю, что многие (слышала об этом из их уст) притворяются темпераментными, чтобы заполучить мужчину. Именно поэтому столько мужчин несчастны в браке, так как жены в своё время обвели их вокруг пальца. Вы, видимо, искренне считаете, что, когда у меня бывают неприятности, огорчения или хочется плакать, лучшим лекарством является желание мужа сделать меня счастливой в постели. Мне-то в такие минуты

требуется совсем другое: сопереживание, приветливое слово или жест, ласки, но ни в коем случае не похоть моего дорогого супруга… То, что вы советуете в своей статье, — чистейшая порнография».

Письмо, которое я процитировала, — не исключение. Таких откровений души я получаю много, а в ходе дискуссий с женщинами о проблемах половой жизни у меня лично не осталось сомнений, что подобные взгляды были уделом подавляющего их большинства буквально несколько десятилетий назад.

Женщины тех лет или молча терпели, или — так же как и автор приведённого письма — жили в атмосфере самопожертвования и снисходительного сочувствия к несчастному племени мужчин, которые не могут обходиться без половых сношений. Такой подход к сексу приносил им частичное удовлетворение, поскольку в какой-то степени компенсировал душевное одиночество и отсутствие взаимопонимания в семейной жизни, наполненной повседневным принуждением к сексуальному «сожительству».

Да, но какой ценой? На карту ставились не только «эгоистические» интересы мужа, но и существование семьи. Разве мы вправе говорить о дружбе или взаимном уважении в подобном браке? Можно было питать, по-видимому, какие угодно чувства к спутнику жизни, но вряд ли они выражали любовь. Если женщина не получает сексуального удовлетворения от совместной жизни, то это может отравить брак, подточить изнутри его основы.