Читаем Искусство войны: Древний мир и Средние века полностью

Хотел повернуться в седле и криком предупредить задних, но не успел. Да и нельзя было теперь задержать общую катастрофу. Взбесившиеся лошади мчались во весь карьер, охваченные стадным чувством. Сами витязи находились во власти своих коней, кроме того, их слепили снег и земля, летевшая из под копыт.

Последнее, что мелькнуло в сознании Раданфира, были слова Палака, сказанные им с чувством самодовольства еще пред пробной атакой катафрактариев "Я заменил беспорядочную развернутую лаву нашей конницы глубоким ее построением в колону. Только в таком строю можно пронзить фалангу выученной, тяжеловооруженной и хорошо защищенной пехоты Митридата! А, пронзив, уничтожить её по частям!"

Действительно удар панцирной кавалерии был бы губительным для сплоченной пехоты, как бы ни была она вооружена и защищена. Но хитрый полугрек (Диофант) сделал свои выводы из недавнего нападения Раданфира. Он учел мощь катафрактариев и принял меры, чтобы нацелить в ложном направлении острие соединенного скифо-роксоланского войска". (Цит. по книге Виталия Полупуднев "У Понта Эвскинского" Том 1 "Великая Скифия". М.: Советский писатель. 1991. – С.554)

Вот вам и недостаток такого строя. Такая масса тяжелой кавалерии обладала ударной силой, но была неповоротлива и неуправляема.

Тяжелая кавалерия Ахеменидов укомплектовывалась огромными, напоминавшими слонов, но быстрыми лошадьми нисейской породы (самая ценная порода древности). В легкую конницу шли более подвижные кони из восточно-иранских провинций.

Глава 6 Удар серпоносной колесницы: шаг к победе?

Сейчас непросто пояснить человеку живущему в XXI веке, что такое колесница. Афинский историк Ксенофонт (430-355 годы до н.э.) в своей "Киропедии" рассказал о том, как Кир Великий готовился к войне с ассирийцами.

Ксенофонт утверждает, что именно Кир II приказал переоборудовать свои колесницы на серпоносные. Тяжелая колесницы и без того была достаточно грозным оружием, но со смертоносными серпами стала вдвое опаснее. Представьте себе шок вражеских воинов, на глазах у которых ноги и тела их товарищей разлетались в разные стороны.

Историк Ариан (95-175 годы) в своем трактате "Тактическое искусство" также приписывает это изобретение Киру Великому. Хотя с этим можно поспорить. Серпоносная колесница сильно отличалась от простых колесниц, ибо именно она использовалась исключительно для лобовой атаки, поражения пехотного строя неприятеля и сильного психологического эффекта.

В течение V века до н.э. постоянным противником персов были греки. Они создали тяжеловооруженную фалангу, что стала непреодолимым препятствием для легкой кавалерии конных лучников и метателей дротиков. Нужен был инструмент, который сможет дробить фалангу. Я уже говорил выше о тяжелой кавалерии катафрактов, но этот инструмент был не единственным.

Серпоносная колесница также подходила для атаки на сомкнутый строй греческих гоплитов. Она разбивала сплоченный строй фаланги, а это и было главным её преимуществом. В то время у греков практически отсутствовали метатели и стрелки, способные отразить атаку колесниц. Но так должно было быть в идеале. На деле зачастую выходило по иному.

В битве при Кунаксе между армиями Кира Младшего и его братом Артаксерском II серпоносные колесницы были использованы, и свидетельства об этом сражении, вошли в письменные источники.

Артаксеркс выставил пред своими боевыми порядками колесничих. Они должны были сломать строй греческих наемных гоплитов Кира. Но по описанию Ксенфонта это им мало помогло. Греки двинулись в атаку и своим бесстрашием обратили войска Артаксеркса в бегство. И в этот момент ударили колесничие, с намерением спасти положение. Их удар был направлен на левый фланг фаланги греков.

Но наемные гоплиты были люди совсем не робкого десятка и стали ударять копьями о щиты с намерением напугать лошадей. Колесничие сами устрашились этих звуков и, видя общее отступление армии царя, стали бросать свои квадриги. Обезумевшие от страха кони стали метаться и крушить и вражеские и свои позиции. Но греческие гоплиты организованно расступались пред ними и пропускали сквозь свои ряды. При этом пострадал только один воин!

Это говорит о несовершенстве этого вида оружия при сражении с пешей фалангой профессионалов. Тяжелая конница работала много эффективнее в этом случае.

Но я не хочу сказать, что так было всегда. Бой при Даскелионе (395 г. до н. э.) между отрядом спартанского царя Агесилая и конницей сатрапа Геллеспонтийской Фригии Фарнабаза привел совершенно к иному результату! Персидский отряд, состоящий примерно из 400 всадников и двух серпоносных колесниц, неожиданно напал на греков.

Эллины, в количестве около 700 человек, сбежались вместе, пытаясь построить фалангу. Но и сатрап не медлил, а выставив вперед колесницы, атаковал ими. Упряжки рассеяли ряды врага, а сразу вслед за ними напали всадники, перебив около 100 перемешавшихся греков.

Но здесь персы напали на греков внезапно, и в этом был залог их победы. Греки не успели построиться в фалангу, а если бы успели?

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?
100 дней в кровавом аду. Будапешт — «дунайский Сталинград»?

Зимой 1944/45 г. Красной Армии впервые в своей истории пришлось штурмовать крупный европейский город с миллионным населением — Будапешт.Этот штурм стал одним из самых продолжительных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Битва за венгерскую столицу, в результате которой из войны был выбит последний союзник Гитлера, длилась почти столько же, сколько бои в Сталинграде, а потери Красной Армии под Будапештом сопоставимы с потерями в Берлинской операции.С момента появления наших танков на окраинах венгерской столицы до завершения уличных боев прошло 102 дня. Для сравнения — Берлин был взят за две недели, а Вена — всего за шесть суток.Ожесточение боев и потери сторон при штурме Будапешта были так велики, что западные историки называют эту операцию «Сталинградом на берегах Дуная».Новая книга Андрея Васильченко — подробная хроника сражения, глубокий анализ соотношения сил и хода боевых действий. Впервые в отечественной литературе кровавый ад Будапешта, ставшего ареной беспощадной битвы на уничтожение, показан не только с советской стороны, но и со стороны противника.

Андрей Вячеславович Васильченко

История / Образование и наука