Испытание войной – выдержал ли его Сталин?

Великая Отечественная война уже несколько десятилетий, точнее с рубежа 1950—1960-х гг., когда появилась шеститомная концептуально цельная «История Великой Отечественной войны 1941–1945 годов» (выдающийся, кстати, труд для своего времени, в частности, военными картами оттуда все пользуются до сих пор) стала полем новой битвы – битвы за «правильную» трактовку свершившихся событий. Даже смена политико-идеологического строя мало что изменила. Война за объяснение войны продолжается с еще большим ожесточением, потому что теперь можно писать о событиях 1939–1945 гг. всем, а не только тщательно отобранным историкам.

Условно враждующие стороны можно разделить на тех, кто утверждает, что СССР к войне был не готов и закономерно пал жертвой гитлеровского агрессора, и тех, кто уверяет, что СССР в лице Сталина является зачинщиком Второй мировой войны. Мол, Красная Армия была подготовлена к захвату Европы, но Гитлер упредил нападение. У каждой стороны есть свои убойные аргументы и набор фактов. Первая сторона доказывает, что СССР не мог быть инициатором мировой войны по таким-то и таким-то причинам, а соответственно Красная Армия готовилась к обычной, оборонительной, войне, пусть и на чужой территории. И действия Сталина были ответом на действия противников Советского Союза. Ахиллесовой пятой такой позиции являются факты чрезвычайно насыщенной военной программы, в результате которой Красная Армия уже в конце 30-х гг. имела больше танков и военных самолетов, чем остальные армии мира, вместе взятые. Именно этими фактами оперирует вторая сторона (будем называть их ревизионистами). А раз так, умозаключают они, то Сталин накапливал такой арсенал не для обороны, а для нападения. И дальше лидер ревизионистов В. Суворов (Резун) делает «сенсационные» выводы: Вторая мировая война началась не 1 сентября, а фактически 19 августа 1939 г., когда на внеочередном заседании Политбюро было принято решение договориться с Гитлером о разделе Польского государства, открывая тем самым путь к Большой войне. Соответственно, по мнению автора, не было никакой Великой Отечественной войны, а просто два хищника не поделили Европу. В итоге верх взял Сталин, но заплатил столь большую цену, что вместо всей Европы ему досталась только ее восточная часть. А так как социализм конкурентоспособен как социальная система только в случае мировой победы (как и современный капитализм, между прочим), то Сталин, а если шире – «государство рабочих и крестьян» войну проиграли, доказательством чему стал распад СССР в 1991 г.

Выкладки столь размашисты, что поневоле станешь защитником точки зрения советской официальной историографии. Ведь, говоря об агрессивных намерениях СССР, фактически имеется в виду Россия как таковая.

Читая труды В. Суворова и его учеников и последователей, создается впечатление, что они: 1) ориентированы на комплексы западного обывателя, которого в детстве кормили кашей, приговаривая: «Не будешь хорошо кушать, придет русский казак и увезет тебя в Сибирь работать в колхозе на Колыме»; 2) касательно российского читателя эти книги производят впечатление усилий по разложению неприятельского тыла.

Вновь и вновь на головы почтенной публики сыплются зело разоблачительные книги, где рассказывается страшная-престрашная правда о том, будто в архивных недрах Министерства обороны РФ есть страшно засекреченный сталинский план войны с Германией, по которому Красная Армия – страшно сказать – хотела взять Берлин!

Мне лично непонятна многолетняя полуистеричная дискуссия (или кампания) на тему: «хотел или не хотел Сталин нападать на фашистскую Германию в 1941 году?» Ну, предположим, хотел – и что? Сенсационным было бы утверждение, что Сталин планировал напасть на Америку. «Ну как же, – кричат разоблачители, – он стремился действовать в своих интересах! Распространить – о, ужас! – социализм дальше!» А что должен был Сталин распространять – капитализм? Так для этой цели были и есть другие государства и другие армии. Причем армии, надо сказать, не слабо вооруженные. А капитализм после мирового кризиса 1929 г. находился в реанимации, и когда больной встанет с постели и встанет ли вообще, было неизвестно. Тогда далеко не очевидно было, что лозунг «Рынки всех стран, объединяйтесь!» окажется намного эффективнее призыва «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Это сейчас мы умные, зная, чем все закончилось.